— Привет, — улыбнулся Гарри Невилл, усаживаясь поблизости.

— Привет. Что-то ты выглядишь уставшим.

— Да у нас сегодня осмотр был у мадам Помфри, — со вздохом признался Лонгботтом. — Но никто не сказал, что присутствовать будет и профессор Снейп! Я так перепугался.

— Чего? — удивился Гарри. — Это ведь не урок. Он не мог спросить у тебя материал, а потом снять баллы за ответ.

Терри хихикнул и согласно покивал.

— Но все равно, — не обидевшись, выдохнул Невилл. — Это же Снейп.

— И что? — не понял Гарри.

— Ну… он же жуткий, — подхватил Джастин.

— Правда? — недоверчиво вздернул брови Поттер. — Почему?

— Он же вечно в черном… И взгляд такой, недобрый. И нос этот. И волосы. Пугающий! А еще он декан Слизерина! И сам был слизеринцем. Кто его знает, что у него на уме, — прошептал Лонгботтом.

— А еще он вечно беспричинно баллы со всех снимает, — подхватил Майкл.

— Разве? — продолжая недоумевать, уточнил Гарри. — Когда это?

Мальчишки тут же начали наперебой рассказывать известные им случаи, но сидевшая рядышком Се Ли фыркнула и со смешком спросила:

— И это, по-вашему, «беспричинно»? Правилами школы запрещено колдовство в коридорах. Это сделано не просто так, а чтобы ненароком никто не пострадал. Но нам не запрещено тренировать чары в любом пустом классе, где нет ничего ценного. И то, эти тренировки под ответственность тех, кто участвует. Само собой, что профессор наказал за нарушение запрета тех третьекурсников.

— А во время варки зелья? — не сдавался Майкл. — Гриффиндорцы рассказали мне, что он снял с Рона Уизли и Симуса Финнигана по пятнадцать баллов за то, что они сварили неправильное зелье, а потом еще и уничтожил его! В итоге они не получили отметку за урок.

Се Ли улыбнулась и переглянулась с Лайзой, а потом самодовольно ответила:

— Между прочим, пусть уменьшающее зелье и довольно легко сварить… И оно не взорвется, даже если засыпать компоненты не в той последовательности, но на двух этапах неверная температура и неправильное количество ингредиентов ведут к тому, что зелье становится непригодным для использования. И самое меньшее — вызовет раздражение на коже, но хуже — уменьшит часть тела, на которую попадет хоть капля. Да так, что исправить ошибку могут только колдомедики в Мунго. И то, через неделю!

Майкл и Джастин переглянулись, но по их взглядам было ясно, что свое мнение они не поменяли.

— И все равно Снейп самый пугающий преподаватель в Хогвартсе, — озвучил свое мнение Энтони.

— Ну я бы так не сказал, — немного подумав, покачал головой Гарри.

— Ты серьезно? — удивился мальчик. — Ну и кто же хуже него?

— Я слышал о профессоре Кеттлберне, — начал Поттер. — У нас скоро должен с ним начаться факультатив по уходу за магическими существами, на котором мы будем знакомиться с самыми разными созданиями и животными. На первом году он просто показывает и рассказывает о тех созданиях, с которыми волшебники постоянно контактируют. Например, о книззлах, которых маги часто заводят в качестве домашних любимцев. О совах. О магических крысах. Змеях… и всем таком. Но на третьем курсе можно выбрать предмет профессора одним из дополнительных предметов для изучения, и тогда начнется настоящая учеба. Вот только о профессоре Кеттлберне говорят, что он провел большую часть жизни в странствиях, привык к опасности и даже… магглы называют таких адреналинщиками. А статистика твердит, что на его уроках нередко страдает не только он сам, но и студенты. Травмоопасность уроков ухода гораздо выше, чем уроков зелий. Разве это не говорит о том, что для студентов Кеттлберн опаснее?

Се Ли, Лайза и Менди покивали, соглашаясь с доводами Гарри.

— Или… профессор Квиррелл, — продолжил Поттер.

— Эй! Он же совсем безобидный! — возмутилась Ханна.

— Не скажи, — покачала головой Сьюзен, подхватив подход Гарри к оценке преподавателей. — Для начала, от профессора Квиррелла постоянно разит чесноком. Да так, что голова едва не взрывается к концу его урока. Разве он не вредит студентам, провоцируя у них головные боли? И потом. Прежде профессор Квиррелл вел маггловедение, а теперь переключился на защиту. Но разве для этого не нужно иметь какую-то специальную подготовку? Какие-то знания? Мастерство? Или, хотя бы, поработать аврором? Он диктует нам ровно по книге, мало что добавляет от себя. И ладно мы, первокурсники. Но как он готовит тех, кому предстоит сдавать СОВ или ТРИТОН? Точно так же? Тогда… Разве он не вредит студентам, мечтающим поступить в академию мракоборцев?

— Тем более что каждый год преподаватели Защиты меняются и подготовка по этому предмету и без того хромает, — хмыкнул подсевший поближе к ребятам мальчик с рыжевато-русыми волосами. Девочки тут же смущенно потупились, глядя на симпатичного хаффлпаффца. — Привет, я Седрик Диггори, четвертый курс.

Воронята нестройно поздоровались. Седрик улыбался очень дружелюбно, так что знакомство прошло легко. Гарри очень понравилось, что на него Диггори не отреагировал как-то по-особенному, будто Поттер был самым обычным первокурсником, а не какой-то знаменитостью.

— У вас тут пахнет чем-то очень вкусным, — потянув носом, хмыкнул парень. — Вы, похоже, уже неплохо знаете барсуков, раз пришли не с пустыми руками.

Рейвенкловцы дружно покосились на Поттера и широко заулыбались Седрику, принимая похвалу.

Вскоре гостиная заполнилась студентами. Последними появились преподаватели, заняв отведенные им места. Сразу после этого на импровизированную сцену поднялась высокая девушка с толстой косой пшенично-русых волос — староста Хаффлпафф — и объявила первого выступающего.