Мысленно махнув на подозрения рукой, хотел бы отравить, давно бы это сделал, я выхватил зелье, сорвал пробку и одним махом осушил банку.

— Только пить надо было маленькими глоточками, — в ужасе сказал кот, округлив глаза до размеров местной золотой монеты. А они тут были всем на зависть здоровые. — Ты теперь… это… пожалуйста, потише говори… да?

Он зачем-то упал на землю и прикрыл голову лапами.

— К-ХМ! К-ХМ! — попытался негромко прочистить горло я и земля от моего голоса содрогнулась так, что я сам не устоял на ногах, а ближайших несколько рядов кентов просто снесло ударной волной. Хвала Системе, вроде обошлось без значительных жертв.

Встал, отряхнулся, многозначительно показал кулак отползающему в сторону коту. Вот же зараза шерстяная! Раньше предупредить не мог?

— ПАЦАНЫ! — шепотом сказал я и не думавшим разбегаться кентаврам. Судя по одобрительному гулу, прокатившемуся по рядам, и не смолкавшему почти минуту, меня услышали все воины до единого. — ТАМ СИДЯТ ЧЕРТИ, КОТОРЫЕ НА НАС РАМСЯТ.

Я махнул рукой в как можно более неопределённом направлении, так как не догадался заранее уточнить, а где тут, собственно, засели наши враги. На этот раз кенты загудели осуждающе.

— ОНИ ЗАБУРЕЛИ, НО МЫ ИХ ЗАМЕСИМ И СПРОСИМ ЗА НАЕЗД!

Гул перешел в одобрительный топот, свист и улюлюканье.

— ЖДИТЕ МАЛЯВЫ! — закончил я.

Как я правильно рассудил, кенты — ребята простые, в чем-то даже примитивные, и разводить долгие беседы на тему спасения мира, долге, чести и достоинстве и прочей лабуде, мало того, что будет крайне неэффективно, так еще и может оказаться вредным. Услышав много непонятных слов, кентавры просто могут решить, что мы с ними не на одной волне и тогда вовсе откажутся за меня «вписываться». А значит и умничать тут не стоило. Соответственно и речь должна была выйти короткой и емкой, как выстрел из пистолета. В моем случае, правда, получилось что-то вроде гаубицы, но так вышло даже лучше.

Если кратко перевести на понятный язык: там чужие, тут свои. Чужие — зло, свои — добро. Добро побеждает зло. Зло обязательно будет наказано. Выступаем по сигналу.

Вот, собственно, и весь разговор.

Кентам этого оказалось более чем достаточно: многотысячная копытная толпа мгновенно завелась и не бросилась в битву сходу, лишь потому что «пахан» велел «ждать малявы».

— Надо валить! — прошипел мигом подскочивший кот. — А то вдруг ты случайно рукой махнешь или еще чего-нибудь ляпнешь, они и сорвутся. Нас ведь в этом месиве как пить дать затопчут!

Тут я, пожалуй, был с ним целиком и полностью согласен, а потому, не забывая, что треклятый эликсир все еще действует, лишь молча кивнул и протянул руку.

Ба-а-абах! — сделал очередной свиток и теперь мы оказались где-то высоко в горах.

Это я понял по плотному насту под ногами, гудящему ветру, чуть не сбивающему с ног и облакам, проплывающим где-то далеко внизу.

— Даже не думай открывать рот, — угрожающе предупредил кот. — Даже шепотом не говори! И уж тем более не кашляй. Иначе вызовешь лавину, которая нас тут и похоронит.

Кивнув, я знаками, как мог, показал пушистому что с места не сойду пока не получу объяснений. И тот, кажется, все понял правильно.

— Пошли, тут недалеко есть пещера, где живет староста драконов, — пояснил кот. — Он древний, как сам этот мир и вроде как у драконов типа за главного. Они хоть и все сами по себе, но без его одобрения крупные дела не решаются. И, прежде чем разрешить своим «птичкам» вписываться в наш блудняк, он хотел с тобой о чем-то поговорить.

Веди. Знаком приказал я Эрвину и потопал следом.

Если мой визави и был действительно древним немощным стариком, то внешне это никак не угадывалось. Все тот же здоровенный зеленый крылатый ящер размером чуть больше пассажирского Боинга.

Держался дракон ровно так же: твердо и уверенно.

Все остальное в пещере было по классике: мрачные, грубо обработанные своды с чадящими факелами и гора золота посередине, на которой, собственно, драконий старшой и возлежал. Шаблонно аж до тошноты.

— Мы пришли, — оповестил дракона кот, как только мы вошли внутрь обиталища ящера. — О чем вы хотели поговорить с Трудовиком, уважаемый Антиквар?

Антиквар? Это по аналогии с Боливаром и Холиваром имя у него такое или все-таки профессия?

— Я желал говорить только с ним, а не с тобой, о мелкий домашний хищник… не помню, как ты называешься, — удивленно вытаращился на нас дракон. — Тебя я вообще не приглашал.

— Так получилось, что Трудовик временно не может вам отвечать, господин Антиквар, — торопливо объяснил кот, словно боялся, что его тотчас выставят за порог. — Но он все слышит. Если задавать вопросы, на которые можно ответить да или нет, то, возможно получится нормальный диалог. И если не возражаете, я бы хотел поприсутствовать. Так сказать, проконтролировать, чтобы он лишний раз рта не открывал, во избежание неприятностей для нас всех. Кстати, меня зовут Эрвин.