— Вот еще, мою магию на всяких прохиндеев без повода тратить! — фыркнул ящер. — Откуда я знал, дурака ты валяешь или и вправду настолько мало мозгов что поди целую бутыль усилителя в один присест выхлебал?

— Именно в один присест и именно целую, — признался я, выразительно посмотрев на растрепанного кота. — А все потому, что кое-кто, кое о чем, предупредить забыл. Или не счел нужным из хулигански побуждений.

— А что я-то? — с видом оскорбленной невинности, округлил глаза пушистый. — Ты сам виноват! Как хапнешь! Как хряпнешь! Как гаркнешь!

— А хочешь, я его все-таки поджарю? — миролюбиво спросил дракон. — Глядишь, в следующий раз внимательнее будет?

— Пожалуй, не стоит, — пожалел я кота. — Лучше давайте вернемся к моему вопросу: итак, вы можете запретить молодым драконам участвовать в битве на нашей стороне. Но можете и разрешить, иначе вовсе не стали бы искать со мной встречи. Так в чем же ваш интерес?

— Не буду скрывать, — вздохнул дракон. — Интерес есть, и он как раз в том, чтобы уравнять шансы. То есть сделать нас чуть сильнее и тем самым обеспечить лучшую выживаемость, случись что.

— И чем же я могу вам с этим помочь? — искренне удивился я. — Как по мне, любой дракон, это даже не летающий танк, это прямо-таки летающий бастион со встроенным огнеметом. Его же даже Стингером хрен собьешь.

— Ни про какой Стингер я не знаю, — проворчал старый ящер. — А вот хорошим вполне заклинанием можно сбить и не только. Что, кстати, твои собратья успешно и делали лет семьсот назад. Ты ведь из людей, если я не ошибаюсь? И где гарантии что еще лет через триста они не захотят тот опыт повторить?

— Из людей, — согласился я. — Но к тем событиям никакого отношения не имею. Я вообще, если хотите знать, только вчера тут появился да и задерживаться ни на триста лет, ни на сто, ни даже на пару лишних дней не собираюсь. Вот как только власть захвачу, так сразу же и свалю. С превеликим удовольствием.

— Вот и славно! Вот и хорошо! — просиял дракон. — Это же просто замечательно! Значит и последствия, в случае чего, тебя никак не заденут.

— Да какие такие нахрен последствия? Последствия чего? — уже теряя всякое терпение от того что старый ящер ходит вокруг да около, почти прорычал я.

— Ну как чего? Передачи авторских прав, конечно же! — сказал дракон.

— Каких таких нахрен ав… — собирался рявкнуть я, но тут меня осенило и пришлось заткнуться на середине фразы. Продолжил я уже другим тоном: менее агрессивным и более озадаченным: — И на кой черт они вам сдались? Вы что их собираетесь тиражировать и продавать через местный Айтюнз?

— Не понимаю о чем ты, — совершенно искренне ответил дракон. — Ничего мы продавать не будем. Мы их будем петь! Петь и летать! Очень быстро и практически неуловимо. Так, что ни одно заклятие не догонит! Это и будет наша маленькая гарантия безопасности.

— Ну допустим, — согласился я. — А при чем тут авторские права? Пойте себе на здоровье! Я ведь так понимаю, у драконов практически идеальная память. Значит Боливар и Холивар запомнили все до последнего слова и смогут рассказать другим. От меня-то что нужно?

— Мы не можем вот так запросто, — грустно сказал дракон. — Все-таки у нашей способности к полету магическая природа и летаем мы не благодаря аэродинамике, а скорее вопреки. А это как раз и накладывает много ограничений. Подари свои песни нашему народу и сегодня мы будем сражаться за тебя так яростно, как никогда и ни за кого не сражались. Да что там говорить… Так, как даже за себя не сражались. Потому что это для нас давно утерянная надежда. Только посмотри, во что мы превратились: некогда свободное племя нынче сплошь извозчики да грузчики. Тьфу! Аж самому противно!

— Тем не менее, упорно продолжаете этим заниматься, — заметил я. — А судя по внушительной горе золота под вами, еще и довольно успешно.

— Мы тут собрались не мое финансовое благополучие обсуждать, а как раз успех вашего самоубийственного мероприятия. Вы хоть представляете сколько драконов погибнет в бессмысленной отвлекающей атаке на Черную Цитадель? — спросил он и сам же ответил: — Много! Очень много! И каждый, между прочим, на вес золота! А мы всего-то просим подписать вот эту бумагу.

В лапе ящера материализовался увесистый свиток. Тот тряхнул им и документ размотался, явив мелкий убористый текст. Очень много мелкого убористого текста.

Металлический цилиндр, державший пергамент с этой стороны, съехал вниз по куче золота, докатился по полу до моей ноги и стукнулся об нее. По прикидкам длиной «портянка» была никак не меньше десяти метров. Вот тебе и «всего-то». Да тут только читать его придется пару дней! А если читать внимательно и проверять все формулировки, то можно зависнуть на весь месяц. И все ради жалкой кучки в триста драконов, которые еще и не факт, что чем-то помогут.