Прежде всего за собственное поведение в оранжерее, когда она набросилась на него, словно чокнутая. Такой истерики от себя она не ожидала, тем более на глазах у Валерия, Фаины Дмитриевны, Зои Федоровны и Стаса.

Ничего удивительного, что сын отсиживался на дереве. Испугался ее реакции, потому и прятался до победного. Андрей же…

На удивление к его поведению про себя она не придиралась, хоть и очень хотела. В ситуации с потерей Стаса он повел себя достойно. Как настоящий родитель. Даже, наверное, испугался сильнее, чем она сама.

— Я задам всего несколько неудобных вопросов. Если вам они не по душе, вы вправе на них не отвечать, — Зоя Федоровна касанием пульта подозвала себе робота-помощника с душистым чаем.

Аромат липы разлетелся по комнате, и Оксана впервые поняла, как сильно проголодалась за день. Сглотнув слюну, она дрогнула, когда бдительная директриса поставила вазочку с крекерами на стол. После чего рефлекторно потянулась за ближайшей печенькой под ее одобрительный взгляд.

— Задавайте, — прогремел неподалеку голос Андрея.

Оксана подпрыгнула и чуть не прикусила язык вместе с угощением. Ей казалось, что она села далеко от него. Но бдительный Андрей пододвинул стул так, чтобы их разделяло всего полметра пустого пространства. А шлейф его туалетной воды поддразнивал рецепторы и сбивал с мысли.

— Вы в разводе?

Они одновременно прочистили горло, будто на них напала неведомая хворь.

— Нет.

Кто ответил первым, Оксана так и не поняла. Кажется, они сделали это в один голос, потом переглянулись и отвели взгляды в сторону. В гудящем молчании раздавалось поскрипывание металлических шарниров робота и гудение сплит-системы. Ровно до тех пор, пока Андрей его не нарушил.

— Я недавно узнал, что у меня есть сын, — решился он на правду, от которой Оксана стиснула зубы. — Точнее, так вышло.

— Вот как… — протянула Зоя Федоровна задумчиво.

— Мы не живем вместе и практически не общаемся, — поспешила добавить Оксана и выпрямилась на стуле, чувствуя кожей сверлящий взор голубых глаз. — Сегодня была первая поездка Стаса с папой. Поскольку я не запрещала и не запрещаю им общаться, то дала добро на это мероприятие.

— Получается, что у вас, — Зоя Федоровна повернулась к замершему Андрею, — нет явного авторитета.

Он повел плечами, провел языком по губам и недовольно покосился на Оксану. Опять повисло неловкое молчание, которое на сей раз никто не прерывал.

— Видимо, так, — с неохотой согласился Андрей спустя целую минуту.

Зоя Федоровна сцепила пальцы в замок и повернулась к злорадствующей Оксане:

— И вы, Оксана Константиновна, им тоже не являетесь.

— Погодите, в каком смысле…

Возражение прервал взмах ладони, и они оба пристыженно опустили взоры на стол.

— Вот что я вам скажу, дорогие родители, — Зоя Федоровна поддалась вперед и устроила сцепленные в замок пальцы перед собой. — Станислав очень умный ребенок. Видно, что вы, Оксана Константиновна, с ним занимались. Он начитан, не по годам развит, подает большие надежды. Но!

Оксана вновь подпрыгнула на стуле и с опаской отодвинулась от суровой директрисы. В такие моменты она ощущала себя пристыженной учителем девочкой, которая не выполнила домашнюю работу. Внутри поднялась волна гнева, а на языке завертелись возражения. Тот факт, что Зоя Федоровна поставила под сомнение ее авторитет у Стаса, неимоверно раздражал.

Как она смела?! Почему все вокруг считали, что имели право судить ее как мать?

— Послушайте… — опять начала она, но не закончила. Ладонь Андрея неожиданно опустилась ей на колено и несильно сжала его.

Гневно покосившись на бесстыжие пальцы, Оксана поймала его предостерегающий взгляд и невольно подавилась возмущениями.

— Так вот, — продолжила удовлетворённая Зоя Федоровна, — воспитание Стаса оставляет желать лучшего. Если вы и дальше позволите ему безнаказанно творить подобные шалости, то в определенный момент он от них серьезно пострадает.

Хватка усилилась, похоже, что теперь Андрею понадобилась опора. Не отдавая себе отчета, Оксана накрыла его руку своей и переплела их пальцы. Вдвоем стало легче: они дышали, чувствовали и думали в унисон. Как единый организм.

— Мальчик взваливает на плечи ношу взрослого, но во многом остается сущим ребенком. Он считает себя вашим защитником, Оксана Константиновна. Чудесное качество. Только не в тех случаях, когда Станислав не видит границ в общении со взрослыми. Сегодня я, няня и папа. А завтра? Незнакомый мужчина в парке? Группа хулиганов за школой? Отсутствие рамок и неразвитый инстинкт самосохранения приводят к страшным последствиям.

Она права. Оксана все понимала.

Они оба это понимали.