Оксана улыбнулась и с благодарностью покосилась на Андрея.

— Хорошо. А еще меня позвали на кастинг к одному важному человечку. Режиссеру, к которому я очень хотела попасть на съемки долгое время, — она наклонилась, чтобы поправить подушку под головой Стаса.

— О, я знал! Ты же лучшая. Голливуд и мировая слава тебя ждут, ма, — он завертелся на месте, точно юла, затем протянул руку и обхватил Оксану за шею. — А теперь целуйте и чешите. Ко мне уже пришли ночные смурфики: зовут на борьбу с боевыми зелеными свинками, — сонно пробормотал, когда нащупал ладошкой второй руки рубашку Андрея.

Добившись, наконец, своего, Стас прикрыл глаза и почти сразу отключился. Да так крепко, что не услышал, как родители вышли из комнаты. ИИ перевел свет в ночной режим, поэтому красться им пришлось по кромешной темноте.

Ударившись бедром о косяк, Оксана бесшумно выругалась и нырнула в коридор следом за Андреем. Только сейчас она, наконец, рассмотрела интерьер квартиры, потому что до этого момента у нее толком времени не нашлось. Пришлось заниматься Стасом, который чуть не довел родных отца и дядю до истерики.

Про себя Оксана отметила, что двухэтажная квартира Андрея ей пришлась не по душе. Слишком холодная, пустая и совершенно невыразительная, если не считать кобальтовых пятен из мебели, стен и плитки в просторной ванной комнате. Остальной же интерьер выдержан в классическом серой и белой цветовой гамме с обилием металлических деталей, что дико ее раздражало.

Она больше не удивлялась тому факту, что Андрей ничего не знал о соседях по площадке. Его дом походил на унылую пещеру, где не было ни цифровых рамок с фотографиями, ни каких-либо запоминающихся деталей. Просто место, куда он приходил на ночевку. В лучшем случае. А то и вовсе проводил время вне родных стен у какой-нибудь подружки.

При мысли о других женщинах настроение Оксаны окончательно испортилось.

— Нравится? — спросил Андрей, пересекая гостиную, совмещенную с кухней.

Она сморщила нос и выдала:

— Нет. Серо-синий диван навевает на меня тоску, — она с неудовольствием ткнула одну из больших мягких подушек. — И велюр страшно пачкается.

— А у тебя дома диван из кожи? — раздался в ответ смешок.

— У нас дома другой материал. На нем почти не остается пятен благодаря новой технологии.

— Да что ты говоришь.

— Именно так.

Диван, к слову, оказался удобным, но признаваться в страшном открытии Оксана не спешила. Еще не хватало хвалить квартиру Андрея. Решил бы, что ей все здесь понравилось и она выкаблучивается.

Он же только хмыкнул и загремел чем-то за барной стойкой. Бутылками, если судить по звону. Недовольство возросло, а мысли о пагубных привычках Андрея полезли в голову. Стало проще отгораживаться от его близкого присутствия за стеной постоянного возмущения. Оксана даже подумывала поехать домой, но быстро отмела дурацкую идею.

Во-первых, время давно перевалило за полночь. Во-вторых, она очень устала. Сил и желания тащиться на другой конец города у нее не осталось.

— Так тебя можно поздравить? — раздался неподалеку вкрадчивый голос.

Оксана встрепенулась и осоловело заморгала, поняв, что чуть не прикорнула на одной из мягких подушек. Треклятый диван, словно взбитый крем, то и дело утягивал ее в пучину сладких сновидений.

— С чем? — она прокашлялась, чтобы убрать хрипотцу из голоса.

— Новая роль, — беспечно откликнулся Андрей и протянул ей бокал вина.

С подозрением покосившись на него, Оксана мрачно нахмурилась.

— Чему ты радуешься? — обозлилась на его довольный вид и моментально ощерилась. — Не твое дело вообще.

Андрей вскинул брови, затем поставил оба бокала на журнальный столик и приземлился рядом. Она сдвинулась в угол и уткнулась поясницей в подлокотник, потому что его близость нервировала ее, задевала какие-то незаметные струнки в глубине души. Вспомнилась сцена у лестницы, когда Оксана чуть не поддалась искушению и потянулась за поцелуем.

Столько лет прошло, а жизнь ее ничему не научила. Она по-прежнему остро реагировала на Андрея, словно до сих пор его любила.

Или…

Оксана не заметила, как он устроил руки на спине дивана и с удовольствием развалился на нем.

— Давай, — подстегнул ее.

— Что? — не поняла она.

— Вижу, что тебе нужно выговориться. Только не ори, пожалуйста, ребенок спит. Покричим друг на друга во время сеанса у психотерапевта.

Раздув ноздри, Оксана открыла рот, чтобы ляпнуть какую-нибудь гадость в ответ, но вместо этого сказала: