— Зачем вирмлингам твоя невеста? — спросил Рейн. Грация, гламур, метаболизм?

Гламур, — сказал Вульфгаард. Она очень красива.

– задумался Рейн. Заботится ли вирмлинг о присвоении атрибута гламура? Она тихо предложила: — Аат Ульбер сказал, что вирмлинги едят человеческую плоть.

Вульфгаард был поражен и едва пробормотал: Мы так и подозревали, но я надеялся, что это неправда. У них нет полей и садов… .

Потому что они им не нужны, подтвердил Рейн. Они едят только мясо. И это еще не все. Вирмлинги отрезают людям головы и извлекают из них железы, чтобы использовать их для изготовления оружия. Их называют шипами комбайна. Это гвозди, которые вирмлинги вбивают в свою плоть перед тем, как вступить в битву. Ты их видел?

К этому моменту лицо Вульфгаарда действительно побледнело. Он дрожал. Он покачал головой: нет. Он не видел шипов.

Рейн сочувствовал ему. Лучшее, на что он мог надеяться, — это на то, что его возлюбленная все еще жива и ей всего лишь пришлось отказаться от дара. Если бы она дала гламур, в ней не осталось бы красоты. Дождю представилось, что вместо медовых прядей у девушки окажутся вялые и бесцветные волосы. Вместо ярко-голубых глаз ее глаза стали бы желтыми и болезненными. Ее гладкая кожа исчезнет, а поверхность лица станет обветренной и бумажной.

Вместо красавицы девочка была бы ужасом.

Ты знаешь, что змеи сделают с твоей девушкой. Ты воображаешь, что будешь еще любить ее?

Вульфгаард пытался скрыть собственную неуверенность. Она выросла в длинном доме рядом с моим. Мы были лучшими друзьями с самого детства. В каком-то смысле она мне больше сестра, чем жена. И все же я люблю ее, как люблю себя.

— Кроме того, — добавил он, — я планирую убить вирмлинга, который забрал ее чары.

Легче сказать, чем сделать, — сказал Рейн. Вирмлинги бродят широко. Мы видели корабли, полные их, направлявшиеся в Ландесфаллен.

И все же я должен попытаться, — сказал Вульфгаард. Подумай об этом. Вирмлинги пытаются нас поработить. В данный момент их бремя легко. Но мы уже видим тени на стене. Вирмлинги заботятся о нас не больше, чем мы заботимся о свинье, которую собираемся зарезать. Они будут использовать нас — ради наших качеств, наших желез… и, если ты прав, за еду.

Их необходимо остановить, — сказал Рейн.

Их необходимо искоренить, — поправил Вульфгаард.

Снаружи послышался знакомый звон доспехов змей, кость о кость. Солдат подошел на сто шагов к конюшне и долго стоял, как бы напрягая слух.

Вульфгаард и Рейн замолчали и ждали, пока стемнеет. На закате огромный рог протрубил пять коротких звуков, повторенных пять раз.

Это призыв вирмлингов, — сказал Вульфгаард. Они соберутся в учебном зале.

Они часто это делают? — спросил Рейн.

Вульфгаард нахмурился. Раньше только дважды: один раз, когда они захватили деревню, они рассказали нам правила. В другой раз — чтобы наказать мужчин, которые не отказались от своих детей.

Ему не обязательно было это говорить. Рейн сразу же заподозрил, что вирмлинги этой ночью накажут Аата Ульбера.

— Что вирмлинги сделали с этими людьми?

Я не думаю, что вы хотите это знать, — сказал Вульфгаард.

Только когда рожки перестали звучать, Вульфгаард осмелился пошевелиться и выползти из конюшни на улицу.

Перед отъездом он предупредил: Боюсь, на сборы будут допущены только мужчины. Ты должен оставаться скрытым, пока я не вернусь… .

Вульфгаард спустился с чердака, а затем выскользнул за дверь.

– задумался Рейн. Мужчины ходили по улицам, и в своих бриджах и тунике она была одета очень похоже на мужчину. Она подтянула тунику, затянула нагрудник и вышла на улицу.

Она смело шла по центру улицы в сумерках, когда к ней присоединились горожане.

Но куда мне идти? она задавалась вопросом. Недалеко впереди на улице стоял вирмлинг-охранник. Она избегала зрительного контакта, старалась сохранять ровный темп.

Если я пойду в доки, меня увидят. Вирмлинги схватят меня прежде, чем я уйду далеко.

Поэтому она направилась в зал заседаний, надеясь узнать судьбу Аата Ульбера.

— Когда ты собирался сказать мне, что нашел их чемпиона? – спросил Йиккарга у Крулль-мальдора.