Она ждала, что Габриэль усомнится и в этой истории, но он оставил ее без внимания.

— Но теперь ты полностью поправилась? — он спросил.

— Ага. Не то чтобы мне кто-то поверил.

— Я верю. Я хочу нанять тебя для работы в Городе-Призраке.

— Спасибо. Очень любезно с твоей стороны.

Габриэль сузил глаза. — Любезно?

— Мило? Щедро? Как бы то ни было, я ценю это. Действительно. Извини, я не могу выразить больше энтузиазма и благодарности. Это были тяжелые пару месяцев.

— Я начинаю понимать. А теперь, вернемся к моему предложению о контракте…

Она покачала головой. — Я была серьезна, когда сказала, что ты не сможешь собрать команду, которая будет мне доверять. Кое-что случилось после того, как меня увезли на скорой.

— Я слышал, что ты перенесла посттравматическую психическую травму и стресс.

— Ах да, травма, — ровным голосом сказала Люси. — Меня накачали еще галлюциногенными наркотиками, мистер Джонс. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что происходит. Если бы не Отис, у меня бы не осталось воспоминаний о том, что произошло. Те, что у меня есть, все еще не четкие, хотя имеются прояснения.

— Ты хочешь сказать, что тебе в клинике дали еще галлюциноген?

— Кто-то пытался заставить меня забыть ВСЕ. Думаю, кто бы это ни был, он решил убить меня, чтобы убедиться, что я не заговорю, ведь это слишком рискованно. — Она сделала паузу. — Это могло вызвать подозрения у людей, включая одного охотника из Гильдии.

Жуткая тишина охватила Габриэля. Его глаза загорелись опасной энергией.

— Отис? — он сказал.

— Он появился той же ночью. Он был единственным существом, в реальности которого я была уверена. Позже отец рассказал, что ему не разрешили меня увидеть из-за галлюцинаций. Врачи думали, что его визит меня взволнует. Он поверил им и вернулся в Резонанс. Я позвонила ему после того, как вернулась в свою квартиру, и сказала, что выписалась и со мной все в порядке.

— Ты не сказала ему, что тебе ввели еще больше галлюциногенов?

Она пожала плечами. — Не было никакого смысла. Он бы мне не поверил. В конце концов, врачи заверили его, что у меня галлюцинации, и это было правдой.

— Из-за наркотиков.

— Ага.

— Ты собиралась рассказать мне, как тебе удалось сбежать, — сказал Габриэль.

— Мы ждали наступления темноты. Затем Отис перегрыз ограничения…

Впервые потоки гнева задрожали в атмосфере вокруг Габриэля. — Тебя привязали к кровати?

— Обязательно. У меня были галлюцинации, помнишь? — Она знала, что из каждого слова капает сарказм, как кислота. — Мне было проблематично выйти из комнаты. Когда я уже собиралась уходить, появился фальшивый врач, чтобы дать мне еще одну дозу препарата. Отис вцепился ему в горло. Я ударила его по голове металлическим судном. Все обернулось к лучшему, потому что мне удалось одолжить у этого мерзавца белый халат, кепку и маску. В коридоре меня никто не заметил. Отис вывел меня через вход на погрузочную платформу. Я добралась до своей квартиры в Темной Зоне и потеряла сознание.

Габриэль начал было что-то говорить, но остановился. — Хм.

— Хм?

— Никаких сообщений о пострадавшем враче не поступало.

— Очень проницательно с вашей стороны, мистер Джонс. Нет, сообщений о том, что врач был ранен, а опасный пациент сбежал, не поступало. Скорее всего, это потому, что Демоны не были настоящими врачами.

— Демоны, — повторил Габриэль, его голос снова стал пугающе нейтральным.

— Извини. Я пытаюсь отвыкнуть от привычки использовать это слово для описания гадов, потому что оно заставляет людей думать, что я действительно больна. Но под воздействием препарата они мне показались именно такими.

— Что произошло после того, как ты покинула клинику?

— А ты как думаешь? Я отправилась в свою квартиру и приняла душ. Затем связалась с больницей и сообщила, что прошла медицинское обследование в соответствии с рекомендациями врача. Я позвонила папе и сказала не беспокоится обо мне. Эффект от препаратов прошел через пару дней. За мной присматривала моя подруга Вероника. Взяла отгул на работе, и провела со мной первые две ночи. Ночи были плохими. Они все еще такие, но сейчас дела обстоят намного лучше.

Второй раз за день ей показалось, что она увидела боль в его глазах, но он не перебивал.

— Когда я, наконец, снова обрела полный контроль над своими чувствами, я обнаружила, что моя профессиональная репутация уничтожена, — продолжила она и похлопала по рулю. — Мне посчастливилось получить классную работу гида в Зоне Шторма. Мистер Люкстон любит меня, потому что я стараюсь, чтобы каждый тур проходил в условиях настоящего шторма.

— Который ты создаешь?

— Обычно. Естественные непредсказуемы. Туристы хотят немного острых ощущений за свои деньги. Учитывая всю энергию, находящуюся в том районе, относительно легко направить ее часть в небольшой пылевой смерч или вихрь. Люкстон продает билеты на мои туры в два раза дороже, чем на обычные. Мои туры эксклюзивны. Шторм гарантирован.