Шрифт:
«Это не наша проблема», — сказала она.
«Ненавижу, что это случилось с тобой», — сказал он. «Я бы никогда не вовлек тебя, если бы думал, что тебя уволят».
Он звучал так, словно действительно имел это в виду.
«Ты был со мной только откровенен с первого дня нашей встречи», — сказала она. «И давайте проясним одну вещь. Я делаю только то, что хочу, и ты это знаешь. Я решил сделать то же самое, что и сделал, поэтому расплачиваюсь за это».
Он улыбался ей, продолжая раскачиваться.
«Мустанг Люка исчерпан?» он спросил.
«Только запчасти».
«Он любил эту машину».
Ей было интересно, с кем он разговаривает. Он казался за миллион миль отсюда. «Вы устали.»
«Нет, я волнуюсь. Что-то здесь происходит. Я чувствую это. И это нехорошо. Вы не увидите начальника станции СВР, который каждый день вальсирует в Белый дом и разглашает государственные секреты. Где-то здесь спрятано пять ядерных боеприпасов».
«Это не похоже на кино. Эти вещи нуждаются в уходе, и это было давно».
«И все же этот Зорин продолжает идти впереди. Это меня беспокоит.»
«Русские никогда не отличались умом».
«Но они — один серьезный конкурент».
Она позволила пройти минуту молчания, прежде чем нарушить протокол и спросить: «А что насчет нас?»
Его взгляд сосредоточился на ней. «Есть ли мы?»
«Если ты хочешь быть там».
«Я хочу.»
Несколько нервов подергивались по ее предплечьям. Необычно, мягко говоря. Она была рада услышать это признание и надеялась, что в ближайшие полтора дня ему немного приподнимется настроение.
«После приведения к присяге я возвращаюсь в Теннесси, — сказал он. «Мой домик в лесу. Добро пожаловать ко мне».
«Как насчет того, чтобы вы сначала развелись».
Он усмехнулся. «Я думал, ты можешь так сказать. Но вы ведь можете приехать в гости, да?
«И попасть на первую полосу какого-нибудь таблоида? Нет, спасибо. Я подожду, пока ты не станешь свободным человеком.
«Что ты будешь делать сейчас?»
Она не особо об этом думала. «Мне приходит пенсия, поэтому я думаю, что буду собирать. Потом посмотрю, кому могут понадобиться услуги опытного бывшего разведчика».
«Я полагаю, что на это предложение будет много людей. Как насчет этого? Не принимайте решения о том, что делать, пока вы сначала не проконсультируете меня».
Она могла видеть, что он что-то задумал. Но меньшего она и не ожидала. Этот человек был игроком. Всегда был, всегда будет.
«Я не смею спрашивать, правда?»
Он ухмыльнулся, как Чеширский кот, и сказал: «Не смей. По крайней мере на данный момент.»
Затем она увидела что-то еще в его глазах.
Он знал то, чего не знала она.
Что-то важное.
«Что это?» спросила она.
ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ
Зорин сидел на пассажирском сиденье, Келли ехала на небольшом хэтчбеке-купе. Они сбежали из дома через кухонную дверь и нашли машину в гараже, сумевшую уехать без происшествий. Он все еще был озадачен какофонией выстрелов в доме. Они миновали две полицейские машины на мосту через реку, обе двигались на восток, когда ехали на запад. Но никто не встретил их, когда они проезжали через Шарлоттаун, а затем наткнулись на главную магистраль.
«Куда мы идем?» он спросил.
«Вернемся к главному противнику.»
Главный противник. Америка.
«Вы спрятали RA-115 в надежном месте?»
«Мои приказы были ясны. Найдите место, где они не будут обнаружены, но останутся жизнеспособными. Это было нелегко. Но я сделал это».
«Что с тобой случилось?» он спросил. «После того, как мы уехали от Андропова той ночью?»
«Я вернулся к своей жизни. В отличие от вас, Александр, я родился не на Родине. Мои родители были встроенными оперативниками в США. Я гражданин США с паспортом. Я приехал в Москву в ту ночь с гастрольной группой. Я полагаю, что в 1980-х Россия не была популярным туристическим направлением, но американцы все равно туда ходили. Мне приказали вернуться на личную встречу, поэтому я забронировал тур. Той ночью я выскользнул из отеля и попал в конспиративную квартиру».
Он знал все об «Интуристе», принадлежащем государству и когда-то единственном разрешенном туристическом агентстве в Советском Союзе. Его основал сам Сталин. Укомплектованный всегда сотрудниками КГБ, он когда-то управлял всем иностранным доступом в Советский Союз. Официально он работал более чем в одном офисе «Интуриста». Так он мог понять, как Келли могла попасть и в Москву, и на встречу.
«После той ночи с Андроповым я вернулся в гастрольную группу и вернулся в Вашингтон. Я работал на своей работе, выполнял приказы для Fool's Mate и много слушал».