может как ты плачешь, но скорее как улыбаешься.

может вдруг ты зевнешь,

на важной какой-то встрече,

и сконфуженно сморщишь лоб,

и тебя полюбят,

именно в этот вечер,

не за что-то.

а вовсе — наоборот

– Марика?

– Сто?
– промаргиваюсь от волшебных голосов и мыслей.

– Ты странно выглядишь.

Ну конечно, колдун. Для тебя так точно странно. Вряд ли ты видел в своей жизни много влюбленных драконов. Драконов, осознавших свою любовь до конца…

И уверенных в ней теперь на сто процентов.

Я как-то слышала выражение, что если задумываешься: любовь или не любовь - то значит не любовь. А когда приходит то самое чувство, вопросов не возникает.

И у меня их больше нет. Относительно чувств, ага. А вот относительно всего дальнейшего - сплошные вопросы. Основной из которых… а он? А он также? Или поменьше? Или вообще нет? Или… Он-то как, м?

Ни черта не понятно.

И от этого немного страшновато.

– Ма-ри-ка, - меня обхватывают за морду и поворачивают к себе.

Вот если ты это сделал не для того, чтобы поцеловать…

– Марика. Ты боишься? Здесь всего ничего… И летать уже можно.

Да не того я боюсь, Армази. Ты же слышал мои главные страхи. И самый главный он про выбор был. И, похоже, чего боялась - то и исполнилось.

Любовь ведь не оставляет нам выбора.

Ты если любишь, то все… Приехали. То есть прилетели.

– Ретим.

Я преисполнена решительности.

– О-бясни и ретим.

Армази как мне кажется сказать что-то хочет. Но передумывает. И объясняет простой в общем-то полетный маршрут. Прямо и наверх.

Мы уже добрались до той части, которая вроде как самой дальней считается. Теперь надо лишь долететь до горы со старым колдуном. Ну и на самую вершину. Где тот и прячется.

– У-би-вать неть, - сообщаю колдуну.

– Да я тебя и не прошу, - вздыхает. И снова будто что-то хочет сказать. Но снова замолкает, не успев открыть рот.
– Марика. Может не полетишь?

– Сто?!
– таращусь на него.

– Может не стоит тебе… не твоя битва.

Были бы брови - нахмурилась.

– Наса бит-ва, - сообщаю ему очевидное.
– Мы зе ффмес-сте. Ти и я. Как добу-раться бесс меня?

– Как я доберусь? Ну как и планировал. Полезу наверх. А ты пока спокойно внизу подождешь.

– Неть.

Он что не понял, что все худшее случается когда я его жду где-то? Да, я большой дракон… но одной мне страшно! Лучше уж вместе преодолеть все преграды, победить колдуна - не убивать! мне хватило! скрутить наверное… еще чего… Добыть принца из его хрустальной консервной банки.

И свалить в счастливое будущее.

Он смотрит на меня задумчиво… а потом кивает. Навьючивает все что у нас осталось, и мы взлетаем.

Как ни странно, до темных, неприятных на вид скал добираемся без приключений. И даже очень быстро. Мне кажется и часа не проходит как мы уже под горой… на середине горы… на самой ее вершине…

Может лимит приключений исчерпан?

Я делаю небольшой круг над пустынным, как мне кажется, плато, внюхиваюсь, всматриваюсь. И, подбадриваемая колдуном, сажусь.

– Арма-зи. Сто-то не то… - бормочу тихонько, когда ссаживаю его на землю. Вокруг - морщинистое плато, где вперемешку острые камни, куцые деревья, ущелья и чуть дальше - игольчатая скала. И где самый опасный колдун?
– Посему фсе так… супокой-но? Нихто не напар. Нихто не обидер дуракона, а? Ти уверен, сто нам сюда?

– Да потому что обижать дракона по пути нет никакого смысла. Дракон мне нужен именно здесь.

Взвизгиваю от неожиданности - чужой голос! чужой кто-то подобрался совершенно незаметно - ну как это возможно, а?
– и оборачиваюсь.

И пасть у меня падает до землю, когда я вижу говорящего.

Вот у вас есть ваш персональный краш?

У меня есть.

Бред Питт в фильме «Троя».

Берем его. Делаем еще более мужественным и утонченным одновременно - ай не спрашивайте, как это бывает! Сама не знаю, но у этого мира получилось! В общем делаем его еще более офигенным, окружаем сиянием, рядим в роскошные белоснежные одежды и подвешиваем в воздухе.

И в итоге получаем самого красивого… да просто самого охрененного мужика на свете!

Только не говорите мне, что это и есть «старый и опасный колдун»…

Мне кажется, что ничего не может меня удивить в этот день больше.

Ну точно не после осознания моей любви и явления колдуна, или кто он там, народу.

Но я ошибаюсь.

– Здравствуй, сын,- говорит чудо-мужик.

Я хочу осмотреться - кто здесь сын?!
– но до меня быстро доходит. А пасти между прочим падать некуда! И так на земле!