— Олег…- В голосе Анжелы изумление можно было черпать ведрами, а во взглядах, которые светловолосая ведьмочка бросала на супруга, читалось явное опасение за его психическое здоровье. — Это что…Хвост?!

— Хвост — это у меня, — поправила подругу-соперницу Доброслава, взирая на тот предмет, который хозяин мастерской вытащил из случайной, казалось бы, груды мусора. — Ну, когда я превращаюсь полностью. И иногда — когда частично…А вот это вот чего такое и понять-то так сразу нельзя. Скорее уж чехол какой-то для половины тела…С чешуей и плавниками.

— Ну, в общем-то, чехол он и есть. Маскировочный. Для человеческих ног, которым с его помощью придается вид русалочьего хвоста. — Почесал кончик носа Олег, взирая на дальнего родственника банальных штанов, которого он сделал из тонкой, но прочной резины, а после покрыл алхимическим лаком, надежно герметизирующим нехарактерный для живых существ аромат данного предмета. — Видите ли, в английских книгах, которые я так старательно изучал, был найден один любопытный факт, известный многим британским мореплавателям. Левиафаны не охотятся на русалок.

— Дык, а почему? — Удивился Святослав. — Русалки они ж вроде того…Люди почти! А человека сожрать это почти каждой, стал быть, твари за счастье великое…Вот двух али трех я могу вспомнить, того-этого, монстров, шо охотятся на коз преимущественно и прочую скотину какую, а хозяев ихних, ну, игнорируют…Коли те сами под лапы не лезут, а зверюги те не оголодали вкрай, понятное дело.

— Сложно сказать, с чем связаны такие привычки левиафанов, но отсутствие русалок в их меню доказанный факт. Они их просто не жрут. — Пожал плечами чародей. — Хотя тех же представителей человечества эти кистеперые кашалоты вполне способны сотнями глотать, когда какой-нибудь кораблик кверху брюхом перевернут, а за плюхнувшимися в воду сильными волшебниками так и натуральные догонялки устроить могут, но тем не менее народ моря морских же владык может не бояться. И этим их свойством пользовались многие пираты или просто опытные капитаны, что нанимали или захватывали в рабство русалок, дабы те могли обшарить ушедшие под воду суда и вытащить оттуда все ценное, даже если те утонувшие посудины находятся в пределах охотничьих владений левиафана, то и вовсе валяются прямо в его логове.

— А запах или аура? — Заинтересовался Стефан, уже крутивший в руках наиболее широкий из фальшивых хвостов, что определенно мог соответствовать лишь его обширной фигуре. — Они нас разве не выдадут?

— Ауры волшебников-русалок отличаются от аур магов, изучавших гидромантию, не так уж и значительно. — Пожал плечами Олег. — У меня где-то там, за коробками из-под обуви, лежит нужный том британской энциклопедии, посвященный разумным и полуразумным расам…А уж разыскать такие маскировочные амулеты, дабы их владельцы могли при беглом осмотре сойти за магов воды, не должно быть проблемой…

— Возможно, они у нас даже в кладовой найдутся, — прикинула Анжела. — У нас там какого только хлама не лежит из того, что самим не нужно, выкинуть жалко, а продать сейчас некому…Ну или у брахманов закажем, с учетом любви слуг Кали засылать к британцам своих шпионов, диверсантов и убийц, должны у них иметься специалисты по изготовлению артефактов, способных ауру подделать.

— Ага, и вот этим мы будем вгрызаться в его загривок, ну или где там у молодых левиафанов нужная нам железа растет! — Доброслава отыскала на одном из рабочих столов странный агрегат, напоминающий гибрид короткой двухсторонней глефы с гигантским сверлом, выполненный из темной вороненой стали. С обеих сторон гладкого цилиндрического корпуса метровой длины располагалось по остро отточенному буру. — Только почему эта штука может колоть любым концом и такая короткая? Ей же и дракона толком проколупать не получится, у него чешуя слишком толстая, как и располагающиеся под ней кожные покровы, а уж это чудо-юдо морское даже нашего Горыныча должен быть раз в десять больше…

— Потому что это не снаряд, а бур…Вернее даже медицинский зонд особой автономности и комфортности, который самостоятельно завинчивается в шкуру монстра со скорость пары миллиметров в секунду, доставляя ему не сильно больше дискомфорта чем человеку — комариное жало! — Фыркнул Олег, забирая созданный им инструмент из рук кащенитки-изгнанницы, которая большую часть своей жизни не видела плодов технического прогресса сложнее мельницы или какого-нибудь мушкета. — Ему не надо в единый миг пробивать шкуру, он будет закапываться в плоть левиафана медленно, но верно! И он справится! Я нашел характеристики шкуры взрослых левиафанов в одном из справочников по артефакторике времен Союза Орденов, и у молодых представителей того же вида по всем законам логики природная броня должна быть несколько менее прочной.

— Ну да, материал конечно редкий, но уж если мертвую тушу на берег выбросит или какой-нибудь архимаг такого зверя добудет, то сырья хватит, чтобы целому полку броньки пошить, — задумалась Анжела. — Так, а как эта штука работает?

— В основе своей она — малый разведывательный голем, благо мы таких у англичан несколько десятков захватили и мне было с чем поэкспериментировать и с чего запчасти скрутить, — охотно принялся делиться информацией Олег, который допускал, что по какой-то причине вынужден будет отдать управление устройствами кому-нибудь из своих близких. — Вот управляющие амулеты, для каждого зонда отдельные, Стефан с такими управляться уже умеет, а вы быстро научитесь. Сами они относительно просты: сюда я поместил мощный накопитель, тут управляющий сердечник, а вот здесь, ближе к бурам-наконечникам, установлены механизмы подруливания…Самым дорогим и ограничивающим меня компонентом являются установленные в центре трофейные медальоны или кольца со свернутым пространством, где в свое время будут находиться сотни литров самого концентрированного местного обезболивающего, которое только у индусов-алхимиков получилось сварить! Естественно система впрыска способа работать также и на засасывание, если даже нужная нам жидкость из железы с остатками лекарства смешается, то потом сепарируем… И, кстати, маскировка под русалок — это план «Б». Он будет применяться только если основной план не сработает или что-то пойдет не так. А вот если все пройдет как надо, то лично цеплять сию прелесть к шкуре левиафана нам даже не придется! Все сделает за нас вот эта малышка…Да, та которая чуть-чуть стройнее Стефана, и сейчас лежит в аквариуме, что прикрыт тканью.

— И ничего она не стройнее, — возразил сибирский татарин, срывая порядком потасканную простыню с заполненного до половины морской водой стеклянного куба, в котором на дне дремал экспериментальный прототип, который на протяжении нескольких недель создавал Олег. — На равных мы с этой черепашкой…Она, кстати, живая или как?

— Ну, что-то вроде как-то…С точки зрения биологии скорее да, чем нет. — Олег щелкнул пальцами по нужной части панциря обитательницы южных морей, которую оборотистые торговцы доставили ему живой по спецзаказу. Вместе с десятком других животных, на которых русский боевой маг тренировался то ли в создании кибернетических организмов, то ли в прикладной химерологии. Костяная пластина, способная выдержать укусы абсолютного большинства водных хищников, медленно приподнялась вверх, словно крышка шкатулки, обнажая розовую пульсирующую плоть, поверх которой шли жгуты синтетических мускул и блестящие хромированные трубки, являющиеся системой запуска снарядов. Всего гнезд там располагалось семь штук, и только одно пока ещё было пустым. Могло бы влезть и больше, но достаточно компактным и вместе с тем вместительных артефактов со свернутым пространством, являющихся ключевой деталью данной конструкции, чародей среди своих трофеев просто не нашел. — Примерно как наш дракон, только попроще. Тело живое, а мозга нет, вместо него управляющий модуль, по сути своей являющийся чем-то средним между паразитом и умертвим…Срок автономной работы в активном режиме, правда, едва ли больше пары часов, но нам больше и не надо.