– Позволю. Драконы не так бездушны, как вы, люди, себе представляете. Но если после появления ребенка на свет ты изменишь решение, твой гонорар будет аннулирован. И по факту ты останешься ни с чем. Эстен завтра же сможет добавить этот пункт в договор. Ты согласна, тьяра? Мне оставить договор прежним или внести правки?

– Внести. Я согласна на ваши условия.

Не знаю, зачем дракону понадобилось мое присутствие во время завтрака. С утра он был немногословен, собран, а чаще хмур. Я себя чувствовала предметом декора, на который обращали внимание раз или два за прием пищи. Не то чтобы я горела желанием разговаривать с тером, но точно бы не отказалась от пары нормальных человеческих фраз.

– Ты принципиально не ешь со мной за одним столом? – спросил он, взглянув исподлобья.

– Ем, – ответила я, вздрогнув от его голоса. Обычно тишину не нарушало ничего, кроме позвякивания приборов.

– Ковырять ложкой приготовленное и есть – разные вещи.

– Мне комфортнее есть одной, – произнесла я, откладывая ложку.

– Я настолько тебе неприятен? – взгляд дракона потяжелел.

– Рядом с вами я чувствую себя словно на экзамене, – ответила прямо.

Мои слова удивили. Тер даже не пытался скрыть этого. А скрывать эмоции он умел. Образец невозмутимости и холодного спокойствия с примесью пренебрежения.

– Ты ешь, когда я ухожу?

Хотелось соврать и не выглядеть жалкой, но я не могла себе позволить ложь. Я подняла руку, демонстрируя браслет.

– Вы и сами это прекрасно знаете. Мирелия строго следит за тем, чтобы я придерживалась расписания.

– У каждого своя работа, тьяра Александра. Приятного аппетита, – дракон поднялся из-за стола, небрежно бросая салфетку на стул.

– Хорошего дня, – ответила я, взглядом провожая мужскую спину.

Он был прав, у каждого была своя работа. Моя состояла в том, чтобы выносить ребенка. Ребенка, который никогда не будет называть меня мамой. Но приобретет колоссальные возможности в жизни. Получит лучшее образование, займет просторный кабинет в высотном здании Деклейна и будет смотреть на всех… как на муравьишек, подобно его отцу. Именно этого я боялась больше всего. Черствости и холода. И я сделаю все от меня зависящее, чтобы не допустить этого. Вложу частичку своей души. Покажу, что нельзя мерить всё и вся исключительно количеством кредитов.

– Доброе утро, вы закончили завтрак, тьяра? – голос Мирелии окончательно лишил аппетита.

– Я не голодна, – ответила я, отодвигая чашку с кофе. Пока мне его позволяли пить. Пока.

– Прекрасно. Как вы себя чувствуете? – спросила она, подавая знак Эме, чтобы та убирала со стола.

– Хорошо.

– Прекрасно, – драконица мне мило улыбалась. – Тер Фернетт готов встретиться с нами в ближайший час и произвести некоторые процедуры.

– Хорошо, – я повторила покорно.

– Пока мы будем в пути, я могу ответить на возникшие вопросы.

– У меня нет вопросов, – я старалась не анализировать то, что будет происходить со мной в кабинете врача. И обещание дракона, подкрепленное новыми страницами в договоре, позволило немного смириться.

В медицинский центр я входила с волнением внутри. Беседа, короткий осмотр – и я осталась в палате наедине с одноразовой рубашкой голубоватого оттенка, отказавшись от помощи драконицы. Она нервничала не меньше, чем я. Уверена, не хотела огорчить своего нанимателя.

– Вы готовы? – в палату вошла медсестра. Идеальная, как и все вокруг.

– Да.

– Тогда давайте начнем. Прилягте. Не волнуйтесь. Все пройдет очень быстро и безболезненно. Наш доктор – мастер своего дела. Он сотням малышей помог появиться на свет. Вот так, – за разговором она не забывала о своих обязанностях. Удобнее уложив меня, сделала внутривенный укол. – А вот и тер Фернетт. Мы почти готовы, – она обратилась к врачу, вошедшему, через скрытую дверь. Я не сразу заметила ее. Белая на белом фоне, без каких-либо опознавательных знаков или ручек.

За минуту палата наполнилась людьми… или драконами в униформе центра.

– Помните, мы немного поспим, – надо мной появилось лицо медсестры, и по венам полилось что-то горячее.

– Помню, – ответила я, чувствуя, как мысли начинают замедляться. А дальше темнота. Окутывающая и приятная.

– Тьяра. Тьяра Александра, – звучало далеко-далеко, там, куда мне не хотелось возвращаться.

– С ней все хорошо? – к мягкому голосу медсестры присоединился холодный и требовательный тера Легарта.

– Да. Все хорошо. Это лишь воздействие наркоза.

– Вы уверены?

– Конечно. Тьяра уже приходит в себя. Вы…

И опять блаженная тишина.

– Ну все-все, нужно открывать глазки, иначе нас поругает доктор. Тьяра Александра?

– Я не хочу, – я нашла в себе силы ответить.

Приятный смех.

– Нужно. Совсем скоро вы сможете отправиться домой.

– Я хочу пить, – попросила я, приоткрывая глаза.

Мы были одни.

– Я вам сейчас принесу. Пригласить вашу спутницу? – спросила медсестра.

– Не нужно. А вы разговаривали с кем-то сейчас? – поинтересовалась я. – Я слышала мужской голос.