Нэйтан подёргивался и попытался почесать щёку. Наручники усложнили задачу, и он поднял руки с вопросом в глазах. Я покачала головой. Нет, я его не отпущу. Ни за что.

Его плечи опустились.

— Не все хорошо реагировали на наркотик, — прошептал он. — Пара человек оказалась в больнице. И вы видели Джима, — его голос сделался едва слышным. — Вы видели, что скополамин делает с ним, — он задрожал. — Но это не имело значения. Шеф не останавливался. Он назвал меня слабаком, раз я переживаю за кого-то вроде Джима. Он сказал, что Джим — обуза, и что мы должны от него избавиться.

Я вскинула бровь.

— Избавиться?

— Думаю, он хотел, чтобы я убил Джима, — сказал Нэйтан.

— Но он не говорил этого прямым текстом?

— Он сказал, что мы можем использовать его для жертвоприношения.

Мои глаза прищурились.

— Что ты имеешь в виду?

Нэйтан как будто скукожился. С нарастающим ужасом я осознала, что мы сейчас услышим худшее из того, что делал Идеальный Путь. Я приготовилась и сидела совершенно неподвижно.

— В крысе не особо много крови, — сказал Нэйтан. — Это сработало несколько раз, но не производило впечатления. Мы начали использовать более крупных животных. Мы находились в сельской местности, так что легко было найти овец и коз. Мы сделали каменный алтарь, Шеф достал особенный нож, и мы устраивали целое шоу, — он совершил закованными руками режущее движение, будто демонстрируя. — Но спустя какое-то время этих животных стало недостаточно. Он всегда хотел действовать масштабнее и смелее.

Внезапно я испытала прилив тошноты. Я прекрасно понимала, что скажет Нэйтан. Однако я хотела, чтобы он сказал это вслух; я хотела услышать, как он в этом признается.

— По всей стране прячутся беглые сверхи. Они не хотят мириться с законами, которые заставляют их оставаться в Лондоне. Их достаточно легко найти, если хорошенько поискать, — Нэйтан сглотнул. — Шеф… Шеф сказал, что может за одну ночь умножить свой капитал втрое, если мы поднимем ставки и вместо животного принесём в жертву сверха. Он называл это «сверх за сверха» — убить монстра, чтобы уничтожить монстра.

Нэйтан смотрел на меня широко раскрытыми, подавленными глазами.

— Я должен был провести где-то черту, и я сказал, что нет, я не буду помогать ему с этим. Я знал, что без моей помощи он не сможет найти беглых сверхов, и я сказал ему об этом. Он сказал, что начнёт с Джима, хоть Джим и человек. Это было уже чересчур… я не мог согласиться на такое, — он втянул прерывистый вдох. — Так что я взял Джима и сбежал.

— Когда это было? — спросил Фред. — Когда вы сбежали?

— Примерно шесть недель назад. Мы какое-то время прятались в Манчестере, но к тому времени я уже знал, что состоится саммит, и что Шеф планирует посетить его. Он хотел найти ещё больше людей для обмана и больше сверхов для принесения в жертву. Для убийства, — он не моргал. — Я думал, что если расскажу вам, что происходит, то вы сможете его остановить. Вы сверх, как и я, так что я знал, что вы будете более сочувственно относиться к нам, чем другие офицеры полиции. Я знал, что вы воспримете меня всерьёз.

Он неотрывно смотрел на меня, и выражение его лица будто намекало, что он герой в этом повествовании. Да как же.

— Нэйтан, ты ничего из этого не рассказал, когда пришёл ко мне.

— Я собирался. Правда.

— Так почему не рассказал? Почему сбежал из Отряда Сверхов?

— Я совершил ошибку, — он посмотрел в пол. — Я попытался помочь Мойре, чтобы увести её от Шефа. Я сказал ей, что собираюсь рассказать вам все, но не буду называть её имя, чтобы она дала мне ещё скополамина. Я пытался понизить дозировку Джима, но это оказалось сложнее, чем я думал. Я растягивал таблетки, и ему становилось лучше, но потом он нашёл мою заначку и принял много разом. Это сделало его сумасшедшим, но мне всё равно надо было найти больше.

Должно быть, это произошло в ту ночь, когда я увидела Джима танцующим на постаменте с ведром крови.

Нэйтан прочёл моё выражение.

— Я пытался говорить ему, что он не вампир, но он мне не верит. Он требовал крови, так что я достал её у мясника — я думал, кровь поможет ему понять, что он человек, а не вамп. Не помогло — это заставило его вырубить меня и убежать. Ему потребовалось несколько дней, чтобы успокоиться, и только потом я смог уйти и найти вас.

Я уставилась на него. По какой-то причине Нэйтан решил, что Джим был его спасением: если он сможет спасти Джима, то сможет спасти себя. К сожалению для Нэйтана, Джим слишком серьёзно пострадал. Я сменила тему.

— Давай вернёмся к Мойре.

Выражение Нэйтана сделалось напряжённым.

— Я думал, что могу доверять ей, что она понимает, как опасен Шеф. Я не осознавал, что она спит с ним. Она заглотила всю его ложь и предала меня. Я позвонил ей и сказал, что собираюсь поговорить с вами, но сначала дам ей час, чтобы убраться от Шефа, если она принесёт мне скополамин. Она согласилась.

На щеках Нэйтана появились клочки шерсти, а его ногти превратились в злобные, изогнутые когти.

— Она соврала. Вместо того чтобы прийти ко мне с таблетками, она позвонила кланам и сказала им, где я. Должно быть, она пряталась поблизости и смотрела, потому что она сказала Шефу, когда вы меня арестовали. Он послал мне сообщение, сказав, что убьёт Мойру, если я скажу вам хоть слово, а потом найдёт Джима и убьёт его тоже. Он собирался свалить всю вину на меня. Можете проверить мой телефон, там всё есть. У меня не было выбора — я вынужден был сбежать от вас, чтобы защитить Джима и Мойру, — он покачал головой. — Выбора не было, — повторил он. — Выбора вообще не было.

Выбор есть всегда.

Нэйтан, похоже, прочёл выражение моего лица.

— Я обманывал людей, детектив. Я делал это, и я признаюсь в этом, но я никогда никого не убивал и не угрожал убить, — он взглянул на Фреда и Лизу, затем посмотрел мне в глаза. — Если бы я убил Шефа, если бы я знал, что он мёртв, я бы никогда не пришёл в этот отель. Я не сожалею, что он мёртв, но его убил не я.

Глава 24

В итоге я позвонила детективу Грейсу, чтобы передать Нэйтана Фэйрфакса ему на попечение. Нэйтан не мог поехать в Отряд Сверхов — мы уже знали, что там не хватит мер для его удержания — и существовала острая потребность узнать больше деталей о жертвах Идеального Пути. С ними всеми нужно было связаться.