— Вот именно поэтому ты не должен участвовать. Пока что нет. Ты ответственен за своих вампиров, и это означает, что ты хочешь их защитить.

— Нет, если один из них убийца!

— Как только я получу настоящие ответы, я сама тебя найду, — ровно сказала я. — Но прямо сейчас дай мне сделать мою работу. Мне нужно немного времени, Лукас. Только и всего.

Он выругался. Когда он заговорил вновь, его голос сделался тише.

— Мне тоже приходится балансировать между двумя ролями, как и тебе. Я люблю тебя и хочу быть с тобой, но я не могу забывать, что я Лорд Хорват, — в его глазах проступила внезапная болезненная честность.

— Я тоже тебя люблю, — просто сказала я. — Но очевидно, что нам до сих пор нужно проработать некоторые проблемы между нами в такой манере, которая справедлива не только для нас двоих, но и для всех остальных.

— Если ты предлагаешь нам сесть и составить какой-то контракт…

Это была бы не худшая идея на свете.

— Нам прежде не приходилось иметь дело с такой ситуацией, — тихо сказала я. — Твои вампиры ещё не становились объектом расследования.

— Так ты всё же считаешь, что это сделал вампир? — его глаза снова сверкнули. — Кто?

— Лукас…

Он поднял ладони.

— Ладно.

— Я разберусь, — сказала я. — И найду тебя, когда будет нужно. Обещаю.

Он провёл рукой по волосам.

— Ладно, — он снова нажал кнопку аварийной остановки, и лифт со скрипом тронулся.

Я нажала кнопку первого этажа.

— Мне надо забрать Фреда.

Лукас кивнул.

— Я не пытался затеять ссору, Эмма. Я не пытался чинить проблемы.

— Знаю, — я выдавила улыбку. — Я подключу тебя сразу же, как только это потребуется.

— Хорошо, — он выдохнул. — Хорошо.

Двери лифта снова открылись. Фред, тревожно заламывавший руки, поднял взгляд. Лукас склонил голову в жесте краткого извинения перед ним и вышел из лифта.

— Я подожду здесь в лобби, — сказал Лукас. — Ты…

— Я найду тебя сразу, как только у меня что-то будет, — ответила я.

Двери лифта снова начали закрываться.

— Всё в порядке, босс? — спросил Фред.

Я отрешённо кивнула… затем моя нога резко взметнулась вперёд, чтобы не дать дверям лифта закрыться. Я раскрыла их и посмотрела на Лукаса.

— Что ты имел в виду? — внезапно спросила я. — Ты сказал, Джульетта Чэмберс-Мэй должна понимать, чем это светит. Что ты имел в виду?

Он выглядел озадаченным.

— Ровно то, что я сказал. Как бы она ни предпочитала жить свою жизнь, она, будучи сверхом, должна понимать, что не надо чинить проблемы остальным из нас.

В моей груди похолодало.

— Будучи сверхом? Та журналистка — сверх?

Лукас моргнул.

— Я тебе не говорил. Не думал, что это важно, — его тело напряглось, взгляд встретился с моим. Его слова прозвучали едва слышно. — Джульетта Чэмберс-Мэй — вампир.

Глава 27

— Она же вообще не похожа на вампира, — сказала я, когда мы вернулись в номер Отряда Сверхов.

Фред широко раскрыл глаза.

— У неё даже клыков нет.

— Она подпиливает зубы, — сказал Лукас. — Она сделала операцию, чтобы выглядеть менее привлекательной. Менее вампиршей.

При нашей первой встрече я осознала, что у неё была операция на лицо, но мне не приходило в голову, что она использовала пластическую хирургию, чтобы сделать себя менее привлекательной. Я покачала головой.

— Я не понимаю.

— Это случается не очень часто, но бывает, — сказал нам Лукас. — Её обратили примерно шестьдесят лет назад, в период Бушующих Шестидесятых. В то время многие люди воспринимали вампиризм как некое освобождение. Примерно через десять лет она начала ненавидеть то, чем стала. Она ходила к психологам, и мы изо всех сил старались ей помочь, но она начала презирать себя. В итоге всем стало лучше, когда она ушла.

— И решила притворяться человеком? — я не сумела скрыть неверие в голосе. Сложно было уложить в голове то, как она вела себя в отношении сверхов, если сама была из их числа.

— А что ещё мы могли сделать? Она хотела полностью распрощаться с жизнью сверхов, и единственный способ сделать это — вести себя так, будто ты не сверх. За годы она идеально отточила своё поведение. Вампиры постарше знают, кто она, и другие сверхи тоже…

— Я не знала, — прорычала я.

— За это я могу лишь извиниться. Мне не приходило в голову упомянуть, — он выглядел виноватым. — До сих пор.

Я провела ладонью по глазам. Все признаки были налицо: я видела, как другие вампы сверлят её сердитыми взглядами; она знала вещи, которые известны очень немногим людям; она понимала значение ожерелья Слёзы Крови, которое дал мне Лукас. Я полагала, что могу отличить вампа по одной лишь внешности, но оказалось, что я ошибалась.