— Демоны с вами! Двести ровно! Но это последняя цена! — крикнул торговец из сарая.

— И сбруя в подарок? — закричала в ответ Завирушка.

— И сбруя в подарок!

— Берём, Фаль. Берём же, да?

— Ох, почему мне кажется, что я об этом пожалею? — сдалась гномиха, глядя снизу вверх в умоляющие глаза девушки.

— Не гоните сразу, зверь застоялся, — напутствует их, суетливо затягивающий ремни сбруи, продавец. — Потихонечку, дайте расходиться. Он давненько в сарае торчит-то.

— Почему? — спрашивает Фаль.

— Ну… Так вышло, — отвечает тот уклончиво. — Его владелец оплатил содержание да и запропал куда-то. Теперь срок вышел, и я могу от него изба… То есть осчастливить своих любимых клиентов отличным предложением.

— Любимых? — фыркает гномиха. — Да мы час назад встретились и даже не знаем, как вас зовут!

— Любовь с первого взгляда, — выпроваживает их торговец, быстро пересчитывая серебро, — так бывает. Поздравляю с удачной покупкой. Гарантийный пробег — триста футов. Кстати, я закрываюсь. На переучёт. Надолго. Так что прощайте и не пытайтесь его вернуть, то есть, конечно, вам и не захочется, просто на всякий случай.

— Как его зовут хоть? — крикнула Фаль торговцу через ворота, которые он удивительно резво запирает изнутри.

— А как хотите, так и зовите! — послышался удаляющийся голос. — Это теперь ваша пробле… то есть собственность!

— Я буду звать тебя Шурумбурум, — сказала Завирушка, глядя в огромный голубой глаз.

— Бррууммбр, бурурур, — пророкотал ленивец.

— Мне кажется, ему нравится, — сказала девушка.

— Пойдём уже.

— Почему пойдём? Поедем! Смотри, там сверху есть нечто вроде седла.

— Уж очень высоко, — опасливо сказала гномиха.

— Я тебя подсажу, не бойся!

Через пару минут они уже созерцали Порт Даль с высоты реликтового ленивца, возвышаясь над крышами низкоэтажной застройки.

— Ух ты, отличный вид! — восхитилась Завирушка. — А кстати, как им управлять?

— Ты что, не спросила?

— А ты?

Девушки растерянно переглянулись.

— Может, вернёмся и спросим? — неуверенно предложила Фаль.

— Вряд ли у нас получится, — ответила Завирушка. — Смотри, наш продавец уже мчится галопом на север. Разве так делают переучёт?

— Так избавляются от претензий недовольных покупателей.

— По крайней мере, с него далеко видно. Эй, Шурумбурум! Но! Пошёл! — Завирушка неуверенно дёрнула за длинные и толстые, толщиной в её руку, кожаные вожжи.

Ленивец медленно повернул к ним голову и укоризненно уставился большими влажными глазами.

— Что-то непохоже, что на него действуют вожжи, — скептически сказала Фаль.

— Шурумбурум, нам надо ехать, — жалобно попросила Завирушка. — Правда, надо. Ну, что тебе стоит? Ну, пойдём? Шурумбурум, нет! Перестань, что ты делаешь, не надо! Фаль, что он творит?

— Он жрёт овощи из уличной лавки, — мрачно ответила гномиха. — Вместе с упаковкой, прилавком и весами. Хорошо, что не с продавцом.

— Бедненький, он так проголодался! Его же кормили одним мусором!

— Не знаю, кто из нас бедненький, но он только что сожрал всю нашу скидку.

* * *

Опустошив лавку и величаво подождав, пока Фаль и Завирушка рассчитаются с пострадавшим продавцом (оплатив товар втридорога, да ещё и щедро добавив за «моральный ущерб»), Шурумбурум, наконец, согласился двинуться с места. Вздохнув и не то что-то тихо пробурчав, не то громко приступив к перевариванию съеденного, он неторопливо поднял переднюю когтистую лапу, переставил её вперёд. Подумал. Поднял заднюю лапу, подержал в воздухе, передвинул. Каждое движение отличалось хорошей продуманностью и плавной неторопливостью. Видно было, что он передвигается без присущей другим верховым или вьючным животным бездумной суеты, а наоборот, тщательно рассчитывает каждое движение, до последней секунды колеблясь, стоит ли его совершать.

— За последние пятнадцать минут мы преодолели метров сто, — сообщила Фаль. — У него есть какой-то регулятор скорости? Я думала, волы медленные, но этому может дать фору любой вол.

— Даже мёртвый, — добавила она, подумав.

— Продавец сказал, что он застоялся, — неуверенно сказала Завирушка. — Может, расходится?

Примерно через час, когда животное преодолело половину улицы, и даже зеваки устали на него глазеть, пришлось признать, что это, видимо, максимальная его скорость. Стараясь не смотреть друг на друга, девушки устроились поудобнее и приготовились скучать.

* * *

— Как прошло твоё свидание, Спичка? — спросила Фаль дварфиху. — Такой любезный кавалер…

— Не заговаривай мне зубы, мелочь ушастая! Вы на последние наши деньги умудрились купить реликтового ленивца! Сколько вы ехали на нём из порта? Два часа?

— Два с половиной, — сказала Завирушка. — Его зовут Шурумбурум. И продавец сказал, что он просто застоялся.

— Застоялся? Ты думаешь, ленивцем его назвали в шутку? Эти твари до сих пор живы только потому, что опоздали на собственное вымирание! Мы все состаримся и умрём, пока доедем на этой штуке даже до ворот, не говоря уже о столице! Сколько с вас взяли за него?