Изредка Лой приходил сам, в основном же, Медею посещала та же женщина, что лечила рану на затылке. Врача сопровождала вооруженная группа.

На Медею напала апатия. «Слишком много», — вяло ползло в голове. Проблемой было, что даже развязанные периодически руки не особо помогали. Они дрожали от голода и долгого сиденья в одном положении. Пить хотелось смертельно большую часть времени, но умереть нормально Медее не давали.

Мысли растекались в горящем сознании девушки, привязанной к кровати. Когда Лой пришел, красные глаза не могли на нем сфокусироваться. Парень лег на дальний край и, повернув устало голову на пленницу, произнес:

— Вредина, еще немного и твой организм откажет.

Медея слабо понимала, что говоривший хочет.

— Еще немного и за мной придет Пес, — сообщила она в бреду.

Осознать неуместность этой фразы девушка не могла. Ее кидало то в жар, то в холод.

— Твое отсутствие подозрительно совпало с кражей информации из архива. Думаешь, Эйкен после этого кинется тебя искать? — Лой сел и придвинулся к Медее.

Его холодная рука легла на ее лоб. Парень свел брови.

— Соберись, — протянул он и быстро добавил: — Секреты Фейта не стоят твоей жизни.

— Так не убивай меня, — на выдохе выдала девушка.

Поднять голову у нее не получилось. Сил не хватало. Голодная и обезвоженная Медея периодически закрывала глаза. Сердце забилось быстро, а потом также резко успокоилось.

С коридора послышались голоса. В дверь тарабанили. Лой оказался у двери раньше, чем до девушки дошло, что это стучит не ее сердце.

— Это Пес пришел тебя убить, — протянула она, улыбнувшись.

Блондин хмыкнул.

— Было бы здорово встретиться с ним на моей территории. Но сомневаюсь, что ты нужна кому-то, кроме меня.

Дверь открылась. Отчет о происходящем полился из пришедшего непрерывным потоком. Медея пыталась вникнуть в суть, но сознание сбивалось. Было одно слово, которое она успела запомнить: «Ферма».

Тишина, нарушаемая жужжанием генератора.

Какие-то люди разговаривали с ней. Но девушка уже не открывала глаза. Почему доносится голос не блондина, она не понимала. «Он ведь был здесь только что? Или не был? Здесь — это где?».

Пока Медею поили, она слышала, как женщина просит развязать пленницу. Следующим воспоминанием стало, как ее погрузили в холодную воду. Сознание вернулось к Медее так резко, что она, потерянная во времени и пространстве, судорожно бегала глазами по сторонам.

Пустое мрачное помещение. Рядом с углублением, полном воды, сидела женщина, что залечивала девушке затылок. Медея подумала, что та пытается ее утопить. Она с силой вырывалась из рук успокаивающей ее. Тут же вокруг оказалась охрана, но сделать мужчины ничего не успели. Прилив энергии закончился так же внезапно, как начался. Медея вновь отрубилась.

В сознание девушка пришла, лежа на мягкой кровати.

— Неизвестно, как долго его не будет. Если она умрет, нас точно прирежут, — прошептала женщина.

— Если она сбежит, то наши шансы выжить будут ничуть не больше.

— Сам рассказывал, что было в прошлый раз, — настаивала женщина. Послышался слабый хлопок, словно кого-то ударили. — Неси еду.

— Только не пои ее больше. Она уже достаточно восстановилась. И помни, скольких наших порешала эта красноглазая. Будь с ней осторожней.

Медея едва приоткрыла глаза, чтобы посмотреть на говоривших. Мужчина, скрывшийся за дверью, ей слабо кого-то напоминал. Женщина же заметила, что пленница очнулась и тут же позвала охрану.

Появившиеся в спальне, люди вновь усадили Медею и привязали к спинке кровати. Она думала, что ее, должно быть, не кормили неделю. Желудок словно ссохся. Мысли текли в мозгу так медленно, что девушка лишь при появлении в комнате человека с едой подумала, что можно было попытаться спастись, пока она лежала не связанная.

Женщина старалась покормить Медею, но ту ужасно тошнило от запаха лепешки. По телу проходили спазмы, но девушку так и не вырвало. Нечем.

— Давай же, иначе умрешь. — Женщина крутила возле ее носа едой.

Медея чувствовала себя настолько плохо, что мысль о смерти не казалась такой уж и ужасной. Женщина, возмущаясь, поднесла к ее рту фляжку. Девушка не чувствовала смертельную необходимость пить, но по-прежнему ощущала дефицит жидкости в организме. От неожиданного вкуса воды Медея прыснула и прошипела недовольно:

— Соленая.

— Конечно, соленая, у тебя же обезвоживание. — Женщина вновь поднесла фляжку к губам пленницы. Та покорно приняла питье.

Медея щурилась на женщину, которая, судя по вкусу вливаемого раствора, действительно собиралась спасти ее. Восстановление солевого баланса при тяжелой степени обезвоживания было необходимо. Проверять на практике этот факт девушке не приходилось. Настолько большой потери жидкости у нее раньше никогда не было.