Я быстро приходил в себя, эти мимолетные секундные отцовски порывы заканчивались с каждым новым рабочим звонком, которые не давали мне забыть кто я и зачем вообще решился на такой шаг.

Погрязнуть в семейной бытовухе, сидеть сменяя памперсы и мыть горшки, разве для этого я всю жизнь выстраивал свой нерушимый фундамент?!

Может когда-нибудь я созрею и решусь на новую семью и начну все с нуля. Но между мной и Оксаной все не честно и рано или поздно, но она узнает о моих настоящих мотивах.

**************

Я выдохнул, когда наконец мы переступили порог нашего дома. Когда вся энергетика родительских стен стянула с моих глаз всю пелену и я вновь вернулся к прежнему состоянию "не отходить от поставленной цели".

И окончательно лишь вечером, за прикрытой дверью своей комнаты, я смог ненадолго скинуть маску примерного семьянина, послушного сына и черствого бесчеловечного негодяя. Прошел лишь день, а я уже морально истощен и перестаю понимать, что правда, а что ложь …

Небрежно скинув с ног черные туфли в разные углы, я расправил туго затянутый галстук, освобождая шею от оков, которые душат мое тело, напоминая о дисциплине.

Следом плеснув янтарную жидкость в свой стакан, я залпом его осушил и наполнив до середины повторно, осел на край кровати.

— Лучше бы рассмотрел второй вариант своей матери … Чёрт!

Сделав большой глоток, вновь оставил грустить хрустального друга по крепкому напитку.

Когда разум слегка затуманился, а тело не чувствовало ничего кроме свободы, еле слышный стук в дверь заставил вновь поднапрячься. Без моего ответа деревянная преграда открылась, а женская фигура в миг заерзала посреди комнаты.

— Почему не спишь? Задал максимально глупый вопрос, но стал врезаться глазами в каждый изгиб соблазнительного тела.

— Я так скучала по тебе, вот и подумала… Наверно мы не с того начали…

Словно жаждущая любви и ласки кошка, Оксана двигалась под собственные мотивы в голове. Извиваясь и демонстрируя себя во всей красе. Её длинные стройные ноги обутые в высокую острую шпильку прекрасно дополняли яркий красный комплект кружевного белья.

"— Помнит…" Ухмыльнулся собственным мыслям и продолжил рассматривать вкусные округлости своей будущей жены.

Не прерывая зрительного контакта, я скинул с себя рубашку и протянув в сторону Оксаны руку, хрипло произнес:

— Иди ко мне.

Лев.

Она не пахла дорогим парфюмом, не пахла как дешевые и похотливые шлюхи. Запах её волос и тела был похож на глоток свежего воздуха, которым хотелось наполнить сполна свои легкие. Я помню это чувство рядом с Оксаной, когда внутри происходит необъяснимый переворот и все маски остаются за закрытой дверью.

Я пленял её губы, терзал с каждым прикосновением все сильнее.

Сминая её грудь, не оставлял без внимания ни один сантиметр женского тела … Медленно освобождая от тесных кружевных нитей, при этом зализывая каждый зажатый изгиб от назойливых резинок. Она стонала, эти звуки словно услада для моих ушей, а прерывистое дыхание от поглощаемой страсти так и пленило меня в свои сети, накрывая еще большей пеленой.

— Ммм… Я так люблю тебя… Лев… Не прекращаемо звучало раз за разом из женских уст.

Я знаю, как сильно она мной бредит, как много воспоминаний связанных с нами крутится в ее голове. Но только я не представляю масштаба как сильно тогда ранил её, сколько боли и тяжестей ей пришлось пережить без меня. Чертов эгоист который даже сейчас думает только о том, что мне с ней хорошо… Мне… Но каково ей, когда моя рука стесняет ее шею, когда мой член яро врывается во влажную плоть, совершая резкие толчки раз за разом. Душевный внутренний порыв выливался в мое необъяснимое желание владеть ею. Не хочу сближаться, не хочу привыкать и тем более желать остаться с ней на всю жизнь и жить самому в вечных страданиях от собственных поступков. Молить о прощении?! Да бред это все. Люди не прощают, а лишь сполна напиваются своими обидами и проглатывают как очередной рвотный позыв.

Оксана.

Надежда умирает последней. Наверно именно эта фраза так характеризует сегодняшнюю нашу ночь.

Я правда верила, что с его губ наконец прозвучит ответное "люблю", но нет… Ничего.

Он даже ни разу не взглянул мне прямо в глаза, хотя как только я зашла, то сразу заметила его странное разбитое состояние. И приглушенный свет тому свидетель, его потухшие глаза кричали… Хотя вокруг была самая настоящая тишина.

Тяжело вздохнув, я сглотнула тягучий ком в горле и решилась наконец заговорить, но успела лишь открыть рот, как Лев прервал меня.