Шрифт:
– Выдохни, сопля. Ты мне не интересна.
Отвечает уверенно и смотрит словно в самую душу, держа ее в когтистой лапе. Беркут. Это же самый крупный орел, хищник.
– Я не педофил и детей не трахаю, так что хорош трястись.
– Зачем вы тогда забрали меня сюда? Что вам от меня надо?
– Твоя жизнь. Я заплатил за тебя своим выигрышем и хочу его вернуть.
– Я отдам вам долг. Верну, честно.
Бубню под нос, кажется, что сейчас уши отвалятся от стыда.
– Отдашь обязательно. Как вырастешь. Собирайся.
– Куда?
– В детдом.
Говорит строго и закуривает, а я с кровати слезаю, становясь напротив.
– Я не хочу туда возвращаться. Пожалуйста.
– Причина?
Опускаю голову. Не могу я сказать. Просто не могу.
– На выход, принцесса.
Уже в коридоре он открывает дверь, я следом иду, но застреваю на пороге.
Здесь чисто и тепло, уютно даже, а я как вспомню условия в детском доме, на стену лезть хочется, но не в том дело. Тут другое.
– Есть причина.
– Какая?
Стас прищуривается и стоит уже у открытой двери, а я маюсь. Не знаю даже, как сказать об этом.
– Нас делают бабочками.
Шепчу тихо, смотря на свои руки. Стыдно невероятно, но когда выбираешь из двух зол… этот мужчина меня не трогал. Даже накормил.
– Какими еще бабочками?
– Угодными.
– Не понял.
Он сдвигает брови, а я от волнения кажется, сейчас взорвусь.
– Нас сдают в аренду воспитательницы богатым мужчинам на ночь. Подкладывают под них. За деньги.
Говорю это сбивчиво. Мне жутко стыдно, а Стас сильнее сжимает ключи в руке.
– И что? Заработаешь. Ты и так я вижу, уже на этой дороге.
– Нет, я так не хочу.
– А как ты хочешь?
– По любви. Я долг вам отдам. Отработаю. Стас, не отдавайте меня только. Пожалуйста.
Не знаю, откуда у меня столько смелости появляется, но я говорю прямо понимая, что у меня просто нет других вариантов.
Стас смотрит на меня несколько секунд. Не шевелюсь, ожидаю вердикта. Кажется, сейчас скажет проваливать. Да, точно.
– Не бухать, не курить. В мою комнату никогда не входить. Поливать фикус и кормить моих рыб раз в день! Увижу кого-то кроме тебя здесь – жопу надеру и вышвырну. И помойся, шмотки в шкафу.
Басит строго, а я только и могу, что быстро закивать головой, после чего он вышел из квартиры, хлопнула дверь.
Зазвенел замок, Стас меня закрыл, а я опускаюсь у стены, обхватив себя руками, сгорая от стыда и еще чего-то. Мне неловко и неловко от того, что неловко.
Стас разрешил мне остаться, а я даже не спросила, как буду долг ему отрабатывать и как долго могу находится здесь.
Глава 8
Эта сопля нас засекла, меня точнее, хоть мы и работали чисто. Взяли Шнура за жабры, чертов барыга, наконец-то я его взял. Два выстрела и громкий крик на всю улицу.
Мы подумали, что это мальчишка. Он петлял по гаражам и мы быстро задолбались его гонять. Парни ушли, а я услышал глухой кашель за бочкой и поймал его за шкирку, вот только это был не “он”, а она.
Девчонка. Какое-то ободранное чудо в тряпках. Дите самое настоящее и содрав с нее капюшон я только убедился в том.
Не знаю, лет двенадцать наверное, щуплое и хилое, голова вся в этих кудрях бесконечных. Глаза непонятного цвета. Кажется, синие или зеленые, не поймешь в темноте, но они знатно блестели и она тряслась как цыпленок под моей рукой.
Я ее отпустил поняв, что это никому ничего не вякнет. Оно вон тени своей боится и я никогда ее больше не увижу, да вот только я ошибся, потому что встретил чудо уже на следующую ночь.
Разукрашенная шлюшка, эта сопля уже работала и стало противно. Туз собирает себе весь сброд, Фарадей видать, подогнал малолетку. Я сел за игру, но быстро увидел, что чудо палит на меня своим туманным взглядом.
Сначала подумал, что она под чем-то, а после понял, что ее ударили, судя по огромному поступающему синяку на щеке.
Я забрал ее себе. Не знаю, на кой черт, честно. Просто забрал в счет выигрыша Туза, который от злости едва слюной не захлебнулся. Он игрок, но останавливаться не умеет, это когда-то его убьет.
Мы поехали к Бакиру в клуб. Я жрать хотел, а оно, видать, тоже голодное было, потому что желудок у девчонки урчал похлеще моего мотора.
Она была чудной и это еще мягко сказано. Я не сразу понял, что с ней что-то не то. Вернее то, да не полностью. Да, ее по башке ебонули и это было видно, но все равно девчонка вела себя странно. Она напоминала мне маленького затравленного зверька.