– Думаешь, кого-то охмуряет? Снова ломает чью-то жизнь? – сказала Алена.

– Я бы послушала, о чем они говорят.

– Так мы это сейчас устроим. Самой любопытно.

Алена подозвала официанта:

– Милейший, а та кабинка свободна? – она указала на соседнюю кабинку той, в которой разместилась троица.

– Надо узнать…

Алена протянула салфетку с вложенной крупной купюрой.

– Вас пересадить? – тут же улыбнулся официант.

– Да, только тихо. И пару пустых стаканчиков нам принесите, пожалуйста.

Парнишка понимающе улыбнулся.

Они пересели. Разговоры за перегородкой слышны не были. Алена с Викой приникли к стене.

– Ты ей звонил? – спрашивала Карина.

– Раз 20. Трубку не берет. Дома тоже не было. Я заехал, по стучал и позвонил.

– Ну что же, если сегодня встреча не удалась, возьму инициативу на себя,– бархатистым голосом проговорил красавчик.

– Надеемся на вас, Женя,– кокетливо сказала Карина. – Не упустите ее.

– У меня промахов не бывает. На этом откланяюсь.

Слышно было, что красавчик ушел. Вика хотела отойти от стены, но последняя фраза Карины ее остановила:

– Кирку надо прибирать к рукам. Надеюсь, у Жени все получится. Он сделает ее счастливой. Хотя бы на время

Вика села, задумалась. А Алена сказала:

– Он ищет новую жертву. Надо спасать. Только знать бы кого.

– Я, кажется, знаю.

Вика рассказала всю историю Мишке.

– Я очень беспокоюсь за Киру. Аленку он знатно сломал. Поиграл и бросил, жестоко бросил. Она даже жить не хотела.

– Вика, не беспокойся. Завтра поговорим с Кирой. Я в ней уверен: не поведется она на слащавого типчика.

– Миша, я все равно беспокоюсь за Киру. У нее только-только наладилась личная жизнь. на такая счастливая стала.

– Ого, колись, кто он.

– Ты его знаешь. Это Максим.

– Наш Максим? Замечательный парень,– даже просиял Мишка. – И он давно влюблен в Киру, только скрывал это.

– Хорошо бы у них все получилось.

Утром Максим убежал на работу – он-то работал вне графика. Надо было проверить рабочих, поставку, наличие материалов и инструментов, нарезать фронт работ. Кира прибралась, налила кофе и позвонила сначала маме:

– Мамуля, у меня все хорошо.

– Здравствуй, дочка. Мы в этом не сомневались. Бабушка так радостно улыбалась, когда попросила не беспокоиться и не названивать тебе. Чем порадуешь?

– Мамуль, у меня все хорошо. И я не одна теперь.

– Кто он?

– Потом расскажу. Не хочу делиться радостью по телефону.

– Эх… Ну ладно. Целую. Береги себя.

Постом Кира набрала Вику:

– Викуль, привет. Ты звонила. Что случилось?

– Кира, надо лично поговорить. Преодолеешь пару подъездов, чтобы навестить подружку?

– Обязательно.

Кира пришла к Вике. Та усадила ее за стол:

– Знаю, котлетку будешь. Пюре класть?

– Клади. У тебя всегда такая вкуснятина.

Пока ели, Кира начала:

– Викуль, так что ты мне хотела сказать. Меня мучает любопытство.

Вика вздохнула и пересказала про встречу в ресторане.

Кира задумчиво облизала ложку:

– Пашка вчера приглашал в ресторан, и звонил раз 40. Хотя я сразу сказала – не пойду, у меня планы. А что, так опасен ваш красавчик?

– Алену помнишь?

– Ааа, это тот, который то звонил, то пропадал. То любил, то нет. Довел ее до анорексии и нервного срыва, а потом заявил, что такая страшная и нервная ему не нужна и никогда не была нужна. Он просто развлекался?

– Да, тот самый.

– Понятненько. Мишу зови, ведь сидит в засаде под дверями, подслушивает. Знаю я своего братца.

– Я и сам приду. Могла бы сделать вид, что не догадываешься,– пробухтел Миша.

– Я такая… вреднюююючаяяя. Как думаешь, зачем Пашке это?

– Могу предположить, что из-за бизнеса. Он же по оценке получил треть деньгами. А нам – бизнес, без денег. И тут мы начали расти, успешность повысилась. И Пашка, вернее, Карина, возжелали денег или часть бизнеса. Павлик уже приезжал к родителям. Но был отправлен подальше. Так что теперь ты – охмурить, подчинить ловеласу. И ты, вся влюбленная, подаришь благодетелям свою долю. Или часть ее.

– Ничего у них не выйдет, не влюблюсь.

– А вдруг?

– Не вдруг. Я уже влюбилась.

– А Максим это знает?