– Седина в бороду... c87cb9

– Вот-вот... Алена кричит, что Стригунов девчонке жизнь испортил - институт бросила, мальчика перспективного... Коновалов в запой ушел. А Стригунов, ушлый парень, тем временем еще и бизнес практически отжал - дело за малым! А Жаркова Стригунов, наоборот, наказать требует. Евгений у нас кто?

– Кто?

– Бывший начальник охраны нашего будущего мэра! А у нас на него - ничего! Если еще и об Алене забыть, то совсем ничего не приплетешь!

– Нет, ну вы даете! Как так забыть, а я? Меня-то она ранила, чуть не убила! Сотрудника полиции, как никак!

– Вот об этом-то и речь! Стригунов тебя требует. Прямо сейчас. Поговорить хочет.

– А московские коллеги? Они-то дело спустить на тормозах не дадут!

– Дадут. Уже дали. Более того, настоятельно рекомендовали забыть все, как страшный сон. Генерал наш, которого ты по музеям и театрам водил, родной брат Алены Коноваловой.

Я потерял дар речи! Ну, как же тесен мир! Но не давала покоя одна нестыковка. Пока полковник рассказывал и рассуждал, я ходил по спальне от окна к двери, и обратно, забыв, что из одежды на мне только тугая повязка на плече. Марина, догадавшись, видимо, что разговор затянется, куда-то убежала, вновь накинув свой многострадальный халатик...

28.

За Сергеем приехала машина - он срочно понадобился в отделе. Я осталась одна дома. Поужинала, хоть уже и к полуночи дело было. При нем есть боялась - вдруг тошнить начнет! Немного подождала, но его все не было, а завтра на работу. Решила лечь спать.

... Проснулась задолго до звонка будильника. Причин такого раннего пробуждения было две - сопение на ухо, иногда переходящее в негромкий храп и ставшая привычной по утрам тошнота. Вставать не хотелось - хотелось спать дальше. А-а-а, надо идти - иначе, придётся бежать. Осторожно отодвинулась, сняв с себя мужскую ногу - руку закинуть не мог, так хоть ногу примостил сверху! Несмотря на отвратительное самочувствие, от осознания собственнических замашек этого мужчины в отношении меня, хотелось улыбаться. Что я и делала, плотно закрывая дверь в спальню, а потом и в туалет.

Как обычно в момент, когда рвотные позывы становятся невыносимыми, и я непроизвольно склоняюсь над фаянсовым другом, я очень-очень жалею себя, так сильно и самозабвенно, что на глаза наворачиваются непрошенные слезы. Обычно вслед за слезами начинается...

Старалась делать все, как можно тише. Не знаю, то ли получалось, то ли просто Сергей очень устал и спал так крепко, что не услышал, только, когда я, держась за стеночку, выползла из туалета и заглянула в спальню, он все в той же позе лежал на кровати.

Будить, конечно же, не стала - раненый же! Нужно восстанавливаться человеку! Постояла над ним, полюбовалась - красавчик! Просто красавчик! Интересно, ребеночек будет на папу похож? Хочу, чтобы носик тоже такой - ровненький, аккуратный был, чтобы губки тоже пухленькие, как у девочки... Почему-то казалось мне, что непременно мальчик родится - почему, не понимала совершенно! Светлую кожу на подбородке и щеках покрывала чёрная щетина, и рука так и тянулась приласкать, погладить... Но нужно было спешить - маршрут до работы из его дома значительно удлиннялся.

Утром позвонила Лиза. Сказала, что сегодня приедет домой. Она училась в Москве - ехать больше четырёх часов, поэтому бывала на выходных нечасто - раз или два в месяц. Я пообещала встретить ее на вокзале.

К обеду Сергей позвонил. В небольшом перерыве между экскурсиями, а их в учебное время у нас великое множество, у меня было всего лишь несколько минут на разговор.

– Марина, - говорил он почему-то грустным голосом, как будто что-то случилось.
– мне скучно! Ты приедешь сегодня ко мне?

– Сереж, что-то случилось? Ты какой-то на себя не похожий... Плечо болит?

– Болит. Нужно твоё обезбаливающее - приезжай, - такой голос тоскливый, что мне даже не хотелось говорить ему то, что я уже знала.

– Ты знаешь, тут Лиза вечером приедет - мне нужно ее встретить, поговорить. Я завтра приеду. Выходной как раз - на целый день! Ну, что ты молчишь? Обиделся?

– Нет. Да-а, обиделся! Ладно, завтра, так завтра. Буду ждать.

Слышала, что говорит он какими-то рубленными, чёткими фразами, что, в принципе, на него совсем не похоже - без шуточек своих. Но меня уже звали встречать группу детей, было некогда. Сказала в трубку, как можно ласковее:

– Не скучай! До завтра!
– и отключилась.

.... Вечером встретила Лизу. С бабушкой наперебой кормили ребенка, поили чаем, слушали истории об учебе, о друзьях. Потом она, уставшая, отправилась спать. Я еще посидела рядом с ней на кровати. Она у меня - искренняя открытая девочка. С ней можно, как с подружкой поговорить. Спросила ее о мальчике, который еще летом частенько приезжал и звал ее на свидания.

– Нет, Игорь больше не приедет.

– Почему?

– Я сказала, что больше не хочу встречаться.