— Я его предупреждала, — пожала она плечами.

А меня — нет. Я был уверен, что он прилетел обсуждать его устройство к нам в команду.

— К нам он тоже работать теперь не пойдёт, как понимаю?

— Да, я отказалась от этой идеи.

— Понял.

Хотя ничего не понял, но вслух об этом говорить не стал.

— Буду его использовать для сбора информации и поиска бойцов, но на что-то большее не подпишу, — уточнила Калия.

Я кивнул, внимательно её изучая.

Калия, вот же невиданное дело, смутилась, а у меня наконец-то общая картина в голове сложилась.

Родственники и родители. Сколько же всего заложено в этих словах, и не всегда приятного. Думаю, не сильно ошибусь, если скажу, что задать чисто рабочий формат у Калии не получилось. То ли она не смогла, то ли отец оказался не способен увидеть в дочке «работодателя», то ли ещё что. И послать его жёстко тоже не смогла, и мне постеснялась заранее сказать. А может, и вовсе решила за мой счёт вопрос решить. Кому бы другому я бы на такой подход пару ласковых сказал, но у Калии настолько проблемные отношения с родителями, что… Ладно, других косяков за ней никогда замечено не было, поэтому замнём.

— Только аккуратнее. Ничего важного ему не говори, — обозначил я границы. — Если не захотел к нам присоединиться, то пусть остаётся внешним наёмником с соответствующим уровнем доступа к делам и информации.

— Само собой.

На том и порешили. Проблема с поиском людей так и оставалась актуальной.

Спустя десять дней мы тем же составом собрались по новой. Сотня шиноби, сорок северян, наш отряд и команда «моряков». Пиратов тоже взяли.

Кусочек нужного мира для наводки у нас тоже был. Гроза поделилась.

Переход прошёл без всяких проблем. Мы пару дней полетали, рассматривая горные окрестности и заряжая «аккумуляторы». Переход между мирами тратил умопомрачительное количество энергии. Поэтому, как перейдём в мёртвый мир, надо будет продержаться минимум два дня, чтобы отступить. Минимум — потому что есть ещё расход на всякие орудия и, если активно отбиваться, это увеличит время общей подзарядки.

Как подготовились, переместились.

Контраст был разительный. Вместо тёплого мира — ледяное небо. Оказались мы неизвестно где. В смысле, в мёртвом мире, но в какой его части — да кто знает. Так с ходу определить не получилось.

В первые минуты я конкретно так труханул. Мы с ходу влетели в воздушную аномалию. На нас, точнее, на щит, обрушились десятки воздушно-ледяных лезвий. Тич, который также отправился с нами (как и Ангая), прибавил ходу, и мы просто вылетели из аномалии, после чего наступило затишье.

Проверка всех систем показала, что не зря готовились. Никаких поломок или непредвиденных ситуаций. Артефакты, отвечающие за регулирование температуры, тоже отработали как надо. Внутри корабля поддерживалось двадцать градусов в жилых отсеках, а сверху, на палубе, плюс пять. Тоже не жара, но это лучше, чем минус пятьдесят за бортом. Наверху ещё и ветра сильные гуляли, которые тоже отсекались. Райские условия, считай.

Минут через двадцать на нас среагировала местная живность. Откровенно говоря, нам сильно повезло. Дальнобойными атаками нежить и монстры внизу не владели. Ничем убойным, что могло бы напрячь наши щиты.

Сначала стрелки отработали с корабля. Следом десант отправился вниз. Гатс сразу всех своих северян повёл. Ну, его право. Так-то у нас другой порядок был, но если очень хочет размяться, то мешать не буду.

Битва вышла горячей, но я в ней не участвовал. Всё время просидел наверху, наблюдая. Наша маленькая армия и сама справилась, без меня. Поймал себя на странном ощущении. Оказывается, не только я геройствовать могу. Даже не знаю, что по этому поводу думать. С одной стороны — отлично же. Мне меньше возни. С другой — как-то непривычно. Да и скучно самую малость. Знай себе, сиди и смотри. В чем, по правде говоря, особо не было смысла. Потому что наблюдателей и без того хватало.

Гатс разобрался с местным королём. Проблем особых не возникло.

Дальше началось самое приятное. Сбор добычи. Система распределения у нас сложная была. Так как отряд смешанный, то от первоначального варианта пришлось отказаться. Добытое делилось на две части. Всякие элитные твари, из которых могли выпасть редкие и легендарные камни, и вся остальная мелочёвка. Камни с элиток отходили тому отряду, что её завалил. По ступенчатой системе. Если выпадал камень, который подходил самому сильному бойцу, который внёс наибольший вклад, то он добычу и забирал. Если выпадало что-то неподходящее, то остальные члены команды делили между собой. Замечу, что речь только про камни. С элиток можно было взять много чего и другого ценного — шкуру, кости, внутренние органы, всякие жидкости, когти. Всё, кроме камней, шло в общий котёл и делилось между всеми поровну. Точнее, согласно рангу. У командиров малых отрядов — доля чуть выше. У «полководцев» — ещё выше.

Отдельно шёл народ, который к боевикам отношения не имел. У нас с собой было несколько целителей и идентификаторы. Те, кто отвечал за определение ценности добычи. За это также Пушка отвечала, но она со своей кузнечной колокольни смотрела. Остальные же специалисты по добыче имели своё мнение.

Как-то так дальше работа и пошла.

В прошлые разы, когда только начали активно грабить мёртвый мир, несколько раз нас прогоняли и давали по зубам. За следующие пару недель, что мы тут провели, нам тоже пришлось спешно удирать. Но куда чаще мы побеждали.