Вскочив с земли, сбрасываю с Константина остатки стены сарая. Помогаю встать. Что теперь? Бежать к воротам? Если тварь кинется следом, то нам конец.

Из обломков нашего укрытия торчит что-то знакомое. «Слонобой» погибшего сержанта!

– Помоги! – бросил я Константину, разгребая мусор.

В четыре руки быстро достаем тяжелое оружие. Внешне, все цело. На длинном стволе несколько внушительных царапин, но сам ствол не погнут. Затворная группа заляпана кровью и грязью, но так же выглядит целой. В любом случае, лучше дать бой, чем бегать. Шансы на спасение тут примерно равны.

Откинув вверх затвор, проверяю. Пусто!

– Нужны патроны. Ищи зарядную сумку.

– Сейчас! – Константин быстро обыскал тело сержанта… то, что от него осталось. – Нашел!

– Да не ори ты! – поморщился я, не стоит привлекать внимание ликана. Чемпион разделался с очередной порцией латников рода Ранк и начал бросаться на дом, круша окна и стены. Наиболее умные латники перестали геройствовать и укрылись в здании, ведя огонь из окон. Похоже, с ними как минимум один маг. Больно часто в чемпиона стали лететь огненные стрелы и прочие заклятия. Но как и боевые химеры альвов, чемпионы ликанов довольно устойчивы к магии.

Тварь бесилась. Получала раны и вновь бесилась. Но смертельно раненой не выглядела, с методичностью тарана круша стены фамильного поместья рода Ранк.

Константин протянул мне толстый бумажный патрон. Загнав его в патронник, закрываю затвор – все оружие готово. Заваливаюсь на заляпанную кровью траву. Я не сержант, навскидку с этой ручной пушки стрелять не смогу. А все мысли почему-то только об очередном испорченном мундире. В чем мне теперь ходить до вечера?

Прицелиться. Подать немного маны в рукоять и нажать на спусковой крючок.

Выстрел!

«Слонобой» хлестко бахнул, приклад с силой лягнул в правое плечо. Выживем, будет синяк. Сержантам в самоходной броне на отдачу плевать, а у обычного человека после десятка выстрелов плечо отвалится если кости раньше не сломаются.

Похожая на маленькую то ли молнию, то ли искорку пуля влетела точно в голову твари. Пробила или нет, неясно. Похоже, нет. Рикошет! Чемпион покачнулся, завыл, мотнув головой, но остался на ногах.

– Патрон!

Команду Константин знал, как и то, что нужно делать со «Слонобоем». Не зря же нас на полевой практике гоняли. Откинув вверх затвор, он вогнал новый патрон в патронник. Закрыл затвор. Но стрелять нельзя пока на стволе не погаснут руны.

Чемпион повернулся к нам. Глаза красные, злые. Пасть оскалена, с клыков капает кровь. После боя вспомню эту картину – станет страшно. Но сейчас страха нет, только азарт и адреналин.

Подходи ближе, шавка облезлая! Я таких как ты на глефе вертел!

Со стороны пролома на первом этаже в чемпиона прилетело что-то весьма напоминающее сотканное из переливающихся всеми цветами радуги лассо. Стоило ему коснуться измененного ликана, как все тело чемпиона оказалась скованно сверкающими цепями явно магического происхождения.

Тварь покачнулась, пытаясь сделать шаг, и повалилась на землю. Живая, но лишенная возможности двигаться. Завыла. Зло! Отчаянно! Забилась в путах, но те пока что держались.

– Быстрее! – бросил появившийся из пролома, покрасневший от напряжения маг. – Долго не удержу.

– Хватайся за ствол! И к чемпиону! – приказал я, перехватив «Слонобой» за приклад.

Константин схватился за ствол.

– Демоны! Горячо! Горячо! – зло прошипел он, но оружие не уронил.

Подтаскиваем длинное ружье ближе к чемпиону. Тот ярится, но все что может – скалить пасть, да грозно вращать глазами.

Недолго думая, в эту самую пасть Константин ему ствол «Слонобоя» и вставил. Можно сказать – вогнал.

Наверное, чемпион сильно удивился, обнаружив в своей пасти вороненую трубу украшенную длинной цепочкой рун. Его клыки и зубы, несмотря на угрожающие размеры, не могли перегрызть сталь. А вот противоестественно черными когтями он мог если не уничтожить, то сильно повредить даже рыцаря.

Вновь падаю на землю, уперев приклад в плечо. Подав немного маны в рукоять «Слонобоя», давлю на длинный, предназначенный для самоходной брони сержантов спусковой крючок.

Грохнул выстрел, руны загорелись мягким синим светом, зачаровывая покидающую ствол пулю прямо в полете. Голова чемпиона лопнула, словно спелый арбуз. Пуля прошла ее насквозь и влетела в стену многострадального поместья, прибавив в нем отверстий.

– Назад!

Преодолев сковывающие чары, тварь в последнем припадке ярости, царапнула пару раз камни мостовой, превратив их в мелкую крошку, и затихла. Огонь жизни покинул налитые кровью глаза.