Мы выходим из лифта на нашем этаже, и она роется в своем клатче в поисках карточки-ключа.

— Ты зайдешь и побудешь со мной? — спрашивает она, отпирая дверь.

— Только если ты пообещаешь не заснуть через десять минут.

Она оглядывается на меня, когда мы входим в комнату.

— Я не могу ничего обещать. От стресса мне хочется спать, а мой стресс-метр уже дважды красный.

Я включаю свет.

— Тогда перестань испытывать стресс. Кому какое дело до того, что думают эти люди?

Она вздыхает.

— Я знаю.

Я выхватываю лишнюю ключ-карту, лежащую на столе.

— Я беру это.

Она падает на кровать и стаскивает каблуки с ног.

— А?

Я протягиваю карточку.

— Это моя копия. — Я открываю бумажник, достаю свою запасную карточку-ключ и бросаю ее туда, где лежала ее. — Вот мой запасной ключ для тебя. — Я засовываю свой новый ключ в карман. — На случай, если мне понадобится попасть в твою комнату или тебе – в мою.

— Поняла. — Она дергает головой в сторону ванной. — Давай я сначала переоденусь.

— То же самое. Я сейчас вернусь. — Я бегу в свою комнату и переодеваюсь в серые треники и футболку.

Когда я возвращаюсь в ее комнату, она выходит из ванной в таких же трениках и футболке большого размера с логотипом нашей школы.

Технически, это моя одежда, поскольку обе вещи раньше принадлежали мне. Клянусь Богом, каждый раз, когда она остается у меня ночевать, пропадает еще один предмет моей одежды. Мои попытки вернуть их прекратились, потому что я никогда не выигрываю.

Я усмехаюсь.

— Мне придется начать брать с тебя деньги за твои кражи, — говорю я, падая на ее кровать, ложась на бок и подперев голову локтем. Я могу жаловаться, но втайне мне нравится видеть ее в моей одежде.

Она закатывает глаза.

— Да, точно. — Она задирает низ моей рубашки. — Они не делают женскую одежду такой удобной. Поэтому твоя одежда – это моя одежда.

Она устраивается рядом со мной, прислонившись спиной к изголовью, и включает на телевизоре «Прямой эфир»[8].

Это наше любимое шоу.

Через двадцать минут Каролина вырубается.

Я смеюсь про себя и осторожно сползаю с кровати, не желая ее будить. Я накидываю на нее одеяло, целую в лоб и возвращаюсь в свою комнату. Как только я вхожу, у меня звонит телефон.

— Алло? — отвечаю я.

— Привет, братишка, — говорит Сьерра, моя старшая сестра, на другой линии. — Ты занят завтра? Мне кажется, мой компьютер сломался, и ты должен отвезти его на ремонт. Я не могу получить доступ ни к одному из файлов моих клиентов.

— Извини, сестренка, но я в Техасе с Каролиной на все выходные, — отвечаю я.

— О, мне нравится, — восторгается она.

Все в моей семье – команда «Рекс и Каролина должны встречаться». Нет ни одного человека, который бы ее недолюбливал. На самом деле, иногда мне кажется, что она нравится им больше, чем я.

— Заткнись, — ворчу я.

Мое ворчание ее не смущает.

— Что вы делаете? Отдых для влюбленных?

— Отвали. У нее была семейная свадьба, и она не хотела ехать одна.

— Я бы хотела, чтобы вы двое начали встречаться. Вы уже практически ведете себя как муж и жена, просто это принесет больше пользы.

Я издаю рвотный звук.

— Мерзость. Ты моя сестра.

Она смеется.

Я зеваю.

— Я устал. Я посмотрю на твой компьютер, когда вернусь домой.

Мы желаем друг другу спокойной ночи, и я замечаю сообщение от цыпочки, с которой я общаюсь в последнее время.

Я игнорирую его.

С тех пор как Каролина пришла ко мне с разбитым сердцем, мне трудно находиться рядом с другими женщинами. Я всегда хочу убедиться, что с ней все в порядке. Я ненавижу видеть, как ей больно, и меня убивает мысль о том, что она влюбилась в полного подонка, который воспользовался ею.

Я ненавижу то, как сильно она мне дорога, но не могу представить, что ее нет в моей жизни.

Я люблю Каролину Адамс, и я ничего не могу с этим поделать, потому что я не переживу эту потерю.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Каролина

Рекс не отвечает на мои звонки.

Если он проспал, я надеру ему задницу.

Все внимание приковано к нам с тех пор, как он объявил о наших отношениях. Если мы опоздаем, несомненно, будет еще больше сплетен. Я провожу мозговой штурм возможных оправданий нашего опоздания.