— Шшш... — повторяю я.

В нашу сторону оборачиваются хмурые взгляды.

— И при этом ужасные клички, — добавляет она.

Мурашки пробегают по моей коже, когда ее влажные губы касаются моей шеи.

— Сделай мне одолжение. — Она отклоняется назад и смотрит на меня сверху. — Если ты когда-нибудь услышишь, что я называю парня Тубба Вубба, я разрешаю тебе утопить меня в бассейне твоих родителей.

Мне с трудом удается сдержать смех.

— Из-за тебя нас выгонят.

Неодобрительные взгляды исходят от людей в нашем ряду, и я отвечаю извиняющимся взглядом.

— Хорошо. — Каролина понижает голос. — Эта свадьба – отстой, а молодоженам Тубба Вубба нужно побыть наедине.

Она не ошибается. Эта свадьба была полным посмешищем. Проход невесты к алтарю был пятнадцатиминутным делом, а их клятвы длились добрых двадцать минут. Как никто не спит – уму непостижимо.

— Сколько мимоз ты уже выпила? — спрашиваю я.

— Не настолько, чтобы я забыла эти ужасные клятвы, — отвечает она с заминкой.

Я хватаю ее за шею, когда она смеется громче, и снова прижимаю ее лицо к своей груди.

— Я не могу никуда тебя взять.

Я скучал по глупой Каролине.

Взяв себя в руки, она смотрит на меня и касается моей груди.

— Технически, это я взяла тебя с собой.

— Отлично, я не могу никуда с тобой пойти.

Пока все сосредоточены на свадьбе, мы находимся в своем собственном маленьком мире.

Хорошо, что мы сели сзади.

***

Каролина говорит много гадостей о том, что я флиртую, хотя сама делает это с изрядной долей удовольствия.

Только она не понимает, что делает это.

Считайте меня эгоистом, но я отпугнул всех приятелей, которые проявляли к ней интерес.

Они ее не заслуживают.

Я оставил ее одну на пять минут, чтобы принести нам напитки, а какой-то отстойный член занял мой стул. Убогий член в плохо сидящем сером костюме в полоску, как будто он босс мафии из списка D.

Я ставлю наши напитки перед ним на стол и обхватываю плечи Каролины сзади, пока она сидит на своем стуле.

— Привет, детка.

Она улыбается мне.

— Привет.

Я протягиваю руку Убогому Члену для пожатия и воздерживаюсь от того, чтобы оторвать ее от его гребаной руки, когда он это делает.

— Я Рекс, ее парень.

Глаза Убогого Члена расширяются.

— А, чувак, я не знал.

Он знал.

Он таращил на нее глаза весь день, а поскольку Каролина – моя девушка на эти выходные, я прикасался к ней и вел себя как ее парень.

— Теперь ты знаешь. — Мое внимание переключается на Каролину, когда я протягиваю ей руку. — Потанцуй со мной.

Она ухмыляется.

— О, конечно.

Я поднимаю ее на ноги и разворачиваю так, что мы оказываемся лицом друг к другу, как только выходим на танцпол. Я притягиваю ее к себе, мои ладони упираются в основание ее спины. Оказывается, она не была пьяна от мимозы. Она была навеселе, и я заставил ее выпить воды, как только закончилась свадебная церемония. Ее опьянение почти прошло.

Моя грудь сжимается, когда я смотрю на нее и с языка срываются слова, которые весь день были на самом его кончике.

— Ты самая красивая девушка здесь.

Она использовала контактные линзы, демонстрируя свои круглые карие глаза. Ее черное платье обтягивает каждый изгиб ее тела, а изгибы – это то, чего у Каролины предостаточно. Ее каблуки не приближают ее к моему росту. Она невысокого роста, что мне нравится, потому что мне легко притянуть ее голову к своей груди и поцеловать в макушку.

Это одно из моих любимых занятий.

Несмотря ни на что, я люблю свои руки на ней – будь то рука вокруг плеч или притягивания ее головы к моей груди. Я чертовски счастлив, что в этой поездке у меня есть возможность сделать нечто большее, чем просто обнять ее за плечи, и я в полной мере воспользовался этим. Сегодня вечером я буду таким ласковым, каким захочу.

Я опускаю руку на ее талию, притягивая ее ближе, а другой беру ее за руку, переплетая наши пальцы в танце.

Она смеется, когда играет заунывная песня в стиле кантри.

— Ты не должен это говорить. Ты мой лучший друг.

— И на данный момент – твой парень, — поправляю я. — Я не должен говорить это, но в любом случае. Это правда. Если бы я был за столиком для одиночек и искал девушку для развращения, я бы поступил так же, как тот придурок в отстойном костюме, и подошел бы к твоему столику, чтобы приударить за тобой.