– Идем, – прорычал Роан, протягивая мне руку.

– Хорошо, – ответила я хриплым шепотом. – Ничего, если я на тебя обопрусь? Что-то я неважно себя чувствую.

Он нагнулся, помогая мне подняться:

– Думаю, все будет в порядке.

Забрав у охранника ключи, Роан снял с запястий железные кандалы. Ему хватило всего минуты, чтобы раздеть одного из охранников и натянуть на голое тело его форму. По размеру она оказалась примерно вдвое меньше, чем нужно, но Роану удалось как-то втиснуться, только кое-где порвав ткань. К тому же теперь у него был меч.

Благодаря похоти, которую я пробудила в нем, его запястья уже начали заживать, а раны на груди затягиваться. Сняв кандалы, он тут же выпрямился в полный рост.

Глядя на него, я каждый раз поражалась его красоте и тому, как идеально сидит на нем форма. Несмотря на усталость и грязь на коже, я не могла оторвать от него взгляда, представляя губы Роана на своих губах. Вот они – души-близнецы, ужас и похоть… Я была на волосок от смерти, но тело жаждало жизни. А Роан и был жизнью.

Пока мы шли по освещенному факелами коридору, я смотрела на мускулистую фигуру Роана и понимала, что он подпитывается реакцией моего тела. Я чувствовала, как магическая связь между нами, которая так надолго ослабевала, теперь окрепла. И этого хватило, чтобы я могла двигаться, опираясь на Роана.

Он поддерживал меня, мы прошли мимо десятков запертых камер и наконец добрались до лестничного пролета. Я уставилась на дверь наверху лестницы.

– Единственный вход в подземелья – через караульное помещение, – объяснил Роан. – Там нас поджидают королевские стражники.

– А сколько их? – спросила я.

Он покачал головой, его тело окрасилось янтарным светом:

– Какая разница. Все они умрут.

Мы начали тихонько подниматься по лестнице, из-за двери донеслись голоса. От страха по позвоночнику побежали мурашки; в мозгу, пронизывая до самых костей, вспыхнули воспоминания о камере, о полной изоляции. Я вся сжалась. Я не могла вернуться туда – к сырости, крысам и затупившейся ручке.

Трясясь всем телом, я стиснула руку Роана и прошептала:

– Я не могу.

Роан притянул меня к себе:

– Тебе не нужно ничего делать. Просто подожди у меня за спиной.

Сердце бешено забилось. Что Абеллио сделает со мной в этот раз, когда узнает, что я пыталась сбежать?

Роан нежно погладил меня по руке:

– Через несколько минут они хватятся тех двоих, которых я убил. Нужно действовать сейчас. Все будет хорошо. Верь мне.

Я молча кивнула, и мы поднялись еще на несколько ступенек. Из-за двери на лестницу доносился смех. От этого звука душа ушла в пятки, мысли заметались, нахлынули воспоминания.

Четверо фейри с хохотом обступили меня, пока я с мешком на голове пытаюсь отдышаться.

Я ахнула и застыла как парализованная.

Мы могли бы взять ее. Сейчас. По очереди.

Я стиснула зубы, ощутив горечь во рту, на глазах выступили слезы.

Извинись за то, что поцарапала меня. Умоляй меня о прощении.

Напрягшись всем телом, я поняла, что впилась ногтями в руку Роана. Но что-то изменилось: мой страх вытеснила чистая ледяная ярость.

Драться или бежать? Ответ пришел внезапно: драться.

Я ворвалась в помещение. За карточным столом сидели восемь охранников, все они замерли, когда дверь распахнулась. Рыжий караульный потянулся за мечом, и время замедлилось.

Страх этих фейри раскрылся передо мной. Завитки темного ужаса развевались, словно шелковые нити на ветру.

В моем сознании вспыхнула раскаленная добела ярость. Они пытались сломать меня. Они пытались сломать Роана. Никто не тронет моего мужчину. Я заставлю их пожалеть, что они вообще родились на свет. Я хватала нити, питаясь ими, позволяя силе заполнить тело. Страх фейри, страх людей – для меня нет разницы. Я Повелительница Ужаса и явилась сюда прямо из их самых страшных кошмаров.

Энергия пульсировала во мне, я вбирала в себя страх всех фейри в комнате и становилась все сильнее. Скривившись в мрачной улыбке, я превратила их страх в ужас, резко выгнула спину, раскинула руки и обрушила на них потоки темной магии.

Охранники вытаращили глаза, их страх заполнил помещение. Я парализовала их ужасом и теперь вырву их гребаные сердца.

Роан сжал мою ладонь и пристально взглянул на меня. Он уже занес меч, его рука дрожала. Золотистым пятном он пронесся мимо меня, разрубая одного фейри за другим. Схватив крылатого охранника за горло, снова и снова бил его головой о стену, пока череп не разлетелся вдребезги.

Время ускорилось, вокруг начался хаос, какофония рева и ударов, панические вопли. И среди них я узнала один голос, который навсегда отпечатался в самых темных уголках мозга.

Хриплый голос того самого охранника. Того, который предложил: «Мы могли бы взять ее по очереди».

Он полз по полу к своему мечу, истерически вопя. Когда потянулся за мечом, я изо всех сил наступила ему на запястье, ища его страх.

И страх был – пульсирующий, мощный. Я вытягивала его, и нити ужаса пели в моей крови. Потом я швырнула этот страх обратно в охранника, и его крики прозвучали музыкой для моих ушей. Я наполнила его разум самыми страшными кошмарами. Его глаза закатились, и он обмяк на полу, намочив штаны. Снова и снова я хлестала его страхами, пока его рот не распахнулся в беззвучном крике. Его рассудок был полностью уничтожен ужасом.