– Еще раз…что ты сказала?
– нахмурился муж.

– Я сказала, что через девять месяцев надо уметь все, - сладко потянулась и хитро улыбнулась ему.

– Ты что…уже?

– Уже, – кивнула я.

– Когда? Когда ты узнала?
– восклицает Аслан, обхватив мое лицо ладонями.

– Сегодня утром. И надеюсь, это правда, потому что судя по всему срок еще очень маленький.

– Но как?

– Как-как?
– губы раскрываются в сияющей улыбке.
– Твои живчики даже в сорок живее всех живых!

На самом деле все просто. У меня в сумке завалялся лишний тест на беременность, который я покупала еще в прошлом месяце, когда подумала, что залетела после ночи нашего воссоединения. О мерах предосторожности мы с Асланом тогда напрочь забыли, полностью отдавшись нашей любви. А уже подав заявление о регистрации брака, мы совсем расслабились и перестали предохраняться.

– И когда ждать?

– Точно скажет врач, но думаю, в марте.

– В марте, - повторяет он счастливо и хаотично покрывает лицо поцелуями.
– Спасибо, малыш! Спасибо!

– Ну я вообще-то не одна в этом участвовала!
– прыскаю со смеху.
– И кстати, за пол ребенка отвечают твои солдатики.

– Да неважно уже, - отпустив меня, он склоняется к еще плоскому животу и целует его, щекоча теплым дыханием.
– Привет, малыш! Я твой папа.

– Он еще маленькая горошинка если что, - поглаживаю волосы любимого мужчины и наслаждаюсь этим волшебным моментом. И правда неважно, кто у нас будет. Главное, что зачат и будет рожден по большой любви.

Эпилог

Аслан

Голова Ирады покоится на моих коленях. Запустив пальцы в ее очаровательные и так любимые мной кудри, массирую ей голову, потому что моя малышка так любит. Очередной домашний вечер, когда за окном зарядил весенний дождь, а в нашей уютной квартире работает телевизор, Симба грызет потрепанную кость на лежаке, а Ирада увлеченно читает Энциклопедию “Ребёнок и уход за ним” какого-то супермодного педиатра. У нее очень аккуратный маленький живот, который никак не тянет на девять месяцев. Скорее на пять. Ирада сильно переживала из-за этого и мучила врачей вопросом: “Как ей там вообще хватает места?” Но доктор заверил, что все у нее прекрасно, просто у мамы так устроен организм, что ее не раздуло.

Кстати, да, у нас будет девочка, и Ирада уже выбрала ей имя - Асия. Из-за травм, полученных в аварии, врачи рекомендовали жене кесарево. Она поначалу расстроилась, но Сабина убедила ее, что это к лучшему, потому что риски велики. С сестрой Ирады отношения наладились после того случая с упавшим стволом, а с Нариманом мы даже стали друзьями. Ансар долго смеялся, когда встретил нашу четверку в ресторане и узнал, что его ребята женились на сестрах. И именно благодаря поддержке и авторитету Дулатова, мое дело выстрелило и стало приносить отличную прибыль.

– Ты прямо все-все понимаешь, что они говорят?
– Ирада отвлекается от занимательного чтива и поворачивает голову к телевизору, на котором я смотрю американскую экономическую программу.

– Ну да, - усмехаюсь я и пропускаю мягкие локоны сквозь пальцы.
– А что?

– Да так, - хмыкнула она.
– Я думала, у меня хороший английский, но нет, я половины не улавливаю.

– Это потому что они говорят быстро и терминами.

Наклоняюсь и долго, растягивая удовольствие целую ее губы, положив одну руку на животик.

– Ой!
– смеется моя девочка, накрыв мою ладонь своей и двинув ее в сторону.
– Пинается!

– Папу почувствовала.

– Да, как будто ты нажал на кнопочку. Давай еще раз.

– Еще раз что?
– свожу брови вместе.

– Целуй еще раз, - фыркает жена.

– Ааа…да пожалуйста.

Меня долго уговаривать не нужно: рядом с Ирадой я до сих пор завожусь с пол-оборота и хочу ее постоянно. Иногда думаю: “какой же я идиот, что не разглядел все еще тогда, в наш первый раз и потерял целый год”. Но потом осознаю, что все к лучшему и за это время я вырос, изменился, многое понял про себя и нее.

– Ой-ой-ой!
– пищит Ирада, схватившись за живот.

– Что?
– отстранившись, замечаю, как изменилось ее лицо. Сложив губы трубочкой, она учащенно дышит, превозмогая боль.

– Кажется, у меня тренировочные схватки, - испуганно сообщает она.

– А если не тренировочные?
– беспокоюсь я.

– Да нет, - отмахивается.
– До плановой операции еще две недели.

– Звони врачу.

– Уже поздно. Неудобно, - жмурится жена.

– Дай мне ее телефон, я сам позвоню, - начинаю паниковать и боятся. Боятся и паниковать.