Ночью были отправлены в атаку миноносцы, что рыскали два часа и добились одного удачного торпедного попадания в стоящий на отмели корпус брошенного тут испанцами парохода. Монитор с крейсером ухитрились вырваться из ловушки сразу после полуночи, дождавшись момента. А быстроходные «торпедеро-канонеро» по его приказу рыскали в поисках второго монитора, который утром все-таки обнаружили, но уже входящим в Манильскую бухту, причем с юга — капитан вражеского корабля просто обманул их, а грозные десятидюймовые орудия парой выстрелов отогнали испанцев от транспортов, что сопровождали «Монаднок».

А там подошли к входу крейсера «Рейли» и «Бостон», а потом показались прорвавшиеся из Субика «Монтерей» и «Чарльстон», и «Молина» с «Филипинами» предпочли ретироваться, от греха подальше — не с их 120 мм пушками «гонтория» морские сражения устраивать. При этом капитаны авизо как-то ухитрились не заметить выскочившие ближе к вечеру германские крейсера, что покинули Манилу в чрезвычайной спешке, будто за ними гналось стадо в тысячу разъяренных дьяволов.

Да оно и понятно — весь разработанный план уничтожения неприятельского флота с треском провалился. Германский контр-адмирал Дидерихс дал американцам двадцать четыре часа на размышление, и как раз сегодня испанская эскадра должна была зайти в залив, и там объединиться с алеманами, хитрость которых увенчалась бы полным успехом. Но весь прекрасно раскиданный пасьянс скинули одним взмахом эти безумные и очумевшие от собственной наглости янки. Стоило им получить ультиматум, как они моментально, часа не прошло, ринулись в драку против эскадры формально не воюющей страны, вместо того, как положено у всех цивилизованных европейских стран выслать парламентеров, начать дипломатические переговоры, и прийти к определенным на них компромиссам…

— Адмирал Дидерихс будет ждать нашего прибытия завтра, сеньор Камара. Его броненосец «Дойчланд» и два бронепалубных крейсера встали в самой Маниле, под прикрытие 240 мм береговых пушек, снаряды которых способны утопить любой неприятельский корабль. К тому же расчеты орудий укомплектованы немцами, прекрасно знающими эти системы Круппа. А для противодействия атакам миноносок, которые могут быть на американских кораблях и транспортов, будет затоплено несколько пароходов, что станут своеобразными щитами. И при этом не помешают выйти нам навстречу боевым кораблям. К тому же у нас там есть три катера, на которые легко поставить торпедные аппараты — ведь их оттуда и демонтировали, чтобы ввести американцев в заблуждение. Но Дьюи о том знает — недаром предупреждал своих моряков об опасности ночных атак самодвижущими минами.

— Конечно, ваше высочество, завтра после полудня мы придем к Маниле, и там дадим неприятелю сражение, которое покажет ему всю возросшую мощь нашей союзной эскадры. К тому же мы захватили четыре американских транспорта со всяческими припасами и углем.

Контр-адмирал Камара говорил уверенно, но уже без прежнего апломба — теперь дон Мануэль отчетливо осознавал, что легкой победы над врагом уже не будет. Если вообще достигнут завтра какого бы ни было успеха, то за него придется заплатить большой кровью. Но идти в бой необходимо, хотя два подошедших монитора чрезвычайно усиливали вражескую эскадру. Но эти корабли совершили дальний переход, на них масса поломок, к тому же в Маниле стоит союзная германская эскадра, что может помочь. Благо немцы получили боевой опыт, и, судя по кипящему гневом младшему брату кайзера, просто жаждут реванша. А этим и следует воспользоваться…

Порой странные бывают судьбы у кораблей, которым приходится только удивляться. Вспомогательный крейсер испанского флота «Рапидо» в Порт-Сауде, идет в составе эскадры контр-адмирала Камары. Дойти до Дальнего Востока в 1898 году ему тогда не удалось, зато он придет туда через семь лет под Андреевским флагом в эскадре вице-адмирала Рожественского как «Терек»…

Глава 19

— Слишком большая у истории инерция, чтобы она так просто смогла бы измениться. «Халява» проскочила в первые часы ночной атаки у Сантьяго, когда удалось воспользоваться беспечностью и пренебрежением долга со стороны американских альмиранте. Слишком рано уверовавших в победу и отсутствие минных сил у неприятеля. За что поплатились жутким разгромом всей броненосной эскадры, и лишились собственных жизней…

Сергей Иванович тяжело вздохнул, пыхнул сигарой, посмотрев в раскрытые иллюминаторы — жаркое тропическое солнце слепило глаза, отражаясь на лазурной глади океана и пронзительной синеве неба. «Инфанта Мария Терезия» возвращалась из Норфолка, промышленного и судостроительного центра и главной базы флота САСШ, захваченной с хода пылкими южанами, валом накативших на Виргинию. Теперь американцы уже воевали вполне регулярными армиями, только милиционного типа, как и происходит в любую гражданскую войну. И успехам южан там вскоре и придет конец, как только они двинутся на Ричмонд, оттуда до Вашингтона рукой подать. Пока шли по бывшим штатам Конфедерации, значительная часть населения которых поддерживала мятежников, словно половодье рекой разливались, благо теперь выводы сделали, и на послабления неграм не скупились, и обратно в рабство никого не загоняли. Зато «удавки» дельцов «северян» сбросили, и обратную «реконструкцию» провели. Просто-напросто конфисковали все присвоенные банкирами плантации. Правда, пообещали выплатить те самые платежи, за которые их «купили» после своей победы янки.

Удар оказался страшной силы — банкирские «семьи», самая «бедная» из которых имела чуть ли не десятую часть национального ВВП, лишились в мгновение ока огромных земельных богатств и промышленных предприятий, основы своего влияния. Понятное дело, чтобы поставить мятежных «дикси» обратно под «ярмо» и в «стойло», теперь настоящая власть Америки не пожалеет никаких сил и средств, но опять же — до определенного момента, который может наступить в любой час. Нет никакой гарантии, что сейчас в Вашингтоне президенту уже проводят определенное «внушение». Люди они умные, и прекрасно понимают, что если дело зайдет слишком далеко, то они лишаться не только власти и богатств, но и самой жизни.

— Что ж — пока теория верна. Флот для «северян», и как следствие для США, опора жизненной силы и власти, инструмент, с помощью которого они захватили власть над миром. Теперь надо быть последним и полностью законченным кретином, чтобы вдрызг, на мелкие осколки не побить последний горшок на этой поганой кухне! Паровоз нужно давить, пока он чайник! А вот когда вырастет — плохие будут дела!

Сергей Иванович отпил немного разбавленного рома, пыхнул сигарой — сейчас он чувствовал полное умиротворение и радость от полученного известия, что в Манильской бухте эскадра контр-адмирала Дьюи нанесла серьезное поражение германской Восточно-Азиатской эскадре контр-адмирала Дидерихса, утопив броненосец и два крейсера. Частью немецкие корабли укрылись в Маниле, два крейсера, которыми командовал младший брат кайзера, принц Генрих бежали на соединение с испанцами. А вот Камара тоже «облажался» по полной программе, упустив монитор и крейсер, к которым присоединился еще один монитор, и теперь под началом Дьюи собраны внушительные силы из двух малых броненосцев, пяти крейсеров и нескольких канонерских лодок и авизо. Мониторов, пусть небольших, скорее броненосцев береговой обороны по своему предназначению, вполне достаточно, чтобы дать бой даже «Пелайо», учитывая скверную выучку испанцев.