– Значит, как я понимаю, вам неизвестно, что произошло с мистером Векслером, не так ли?

– Зато мне известно, что произошло с его машиной, – сказал Мэннерс.

– Видите ли, он погиб в пятницу.

– Надо же, так влипнуть, – проговорил Мэннерс, и лицо его сразу стало серьезным. – Весьма сожалею об этом. Он немного помолчал и спросил: – Несчастный случай?

– Нет, его убили. Вы что, газет не читаете, мистер Мэннерс?

– Да видите ли, этот уик-энд я был довольно занят, потому что ездил в Бостон. Я, собственно, оттуда, и мне так нужно было повидаться со своей девушкой, понимаете? Вот у меня и не было времени заглянуть в газеты.

– А вы хорошо знали мистера Векслера? Мэннерс пожал плечами.

– Встречался я с ним всего два раза. Первый раз, когда он пригнал сюда машину, а второй – когда он пришел сюда как раз когда я ее красил. Он сказал тогда, что оттенок не совсем тот. Ну, я тогда заново смешал краску, подобрал колер и выкрасил заново. Вот, собственно, и все наше знакомство.

– И больше вы никогда не встречались с ним?

– Нет, никогда. Значит, он умер, да? Да, паршиво. А ведь он показался мне довольно симпатичным человеком. Симпатичным для такого еврейчика, естественно.

Браун спокойно поглядел прямо в глаза Мэннерсу.

– Почему вы так говорите о нем? – спросил он.

– Ну, просто потому, что он показался мне симпатичным, – пожал плечами Мэннерс.

– Я спрашиваю, почему вы назвали его “еврейчиком”?

– А, это? А как же его еще прикажете называть? И потом, вы разговаривали с ним хоть раз? С ума сойти можно. Говорит так, будто он только что приехал в Америку!

– А эта покраска, которую вы делали для него... вы спорили с ним насчет этого колера?

– Спорил? Нет, просто он сказал, что колер не совсем подходит к остальной окраске. Я сказал тогда, что – ладно, я подберу немного иначе. Вот, собственно, и все. Колер вообще бывает довольно сложно правильно подобрать, сами знаете. Так что я сделал как сумел. Мэннерс снова пожал плечами. – Я думаю, он остался доволен. Во всяком случае, он ничего не сказал, когда забирал машину.

– Так значит, вы потом еще раз разговаривали с ним?

– Нет, я видел его только эти два раза. Но если бы ему работа не понравилась, я бы наверняка узнал об этом от своего хозяина. Вот я и решил, что он доволен.

– А когда вы ездили в Бостон, мистер Мэннерс?

– В пятницу после работы.

– А в котором часу?

– Ну, работу свою я закончил где-то около трех. Так что я успел на поезд, отходивший в шестнадцать десять.

– Вы ехали один или с кем-нибудь?

– Один, – сказал Мэннерс.

– А как фамилия вашей девушки? Ну, той, что в Бостоне.

– А зачем это?

– Просто интересно.

– Мэри Нельсон. Она проживает в Уэст-Ньютоне. Если вы думаете, что я вам соврал насчет поездки в Бостон...

– Я не думаю, что вы солгали.

– Вы всегда можете проверить.

– Может быть, и проверим.

– Прекрасно, – Мэннерс пожал плечами. – А как его убили – этого еврейчика?

– Кто-то застрелил его.

– Надо же, паршивая штука, – сказал Мэннерс, сочувственно качая головой. – А он показался мне вполне приличным человечком.

– Да, вы правы. Так что позвольте, мистер Мэннерс, поблагодарить вас и простите, пожалуйста, что я вынужден был прервать вашу работу.

– Да нет, ничего страшного, – сказал Мэннерс. – Всегда к вашим услугам.

Браун вернулся ко входу в гараж. Батиста в этот момент заправлял бензином очередной автомобиль. Браун подождал, пока он отпустит клиента.

– А в котором часу Мэннерс закончил работу в пятницу? – спросил Браун после того, как клиент отъехал.

– Ну, примерно в половине третьего или в три, что-то вроде этого, – сказал Батиста.

Браун кивнул.

– А как насчет этой покраски, которую он делал для Векслера. Векслер что – жаловался вам?

– Ну, у него было замечание насчет первого колера, который подобрал Бэдди. Он не очень подходил к старой окраске. Но мы все сделали как нужно.

– Они не ссорились?

– Нет, насколько мне известно. Меня как раз не было здесь, когда Джо приходил смотреть и сказал об этом Бэдди. Но Бэдди вообще спокойный парень. Просто он составил новый колер, более подходящий к прежней окраске машины, и все сделал как надо.

Браун снова кивнул.

– Ну, что ж, большое спасибо, мистер Батиста. – Не стоит благодарности, – ответил Батиста. – Вы в самом деле отказываетесь от сигары? Не стесняйтесь, возьмите хоть одну, – он широко улыбнулся. – Выкурите ее после ленча.