Сейхан повернулась к Юрию.

– Если мы это запишем, ты знаешь кого-нибудь, кто смог бы это перевести?

– Да. Проблем быть не должно. У моего босса Богдана много связей.

Она кивнула.

– Тогда давай посмотрим, приведет ли это к чему-нибудь.

Они быстро сняли на видео жесты Ковальски, когда он повторил свою демонстрацию. Затем Юрий отошел в сторону с одним из зашифрованных телефонов команды и отправил файл своим контактам, кому-то, кто знаком с русским языком жестов.

Пока они ждали ответа, раздался стук в дверь.

Сейхан достала свой "ЗИГ-зауэр" и подошла к двери. Она посмотрела в дверной глазок. В холле стояла женщина, одетая в черно-красную ливрею отеля. Она высоко держала поднос, накрытый куполообразным серебряным колпаком.

Как раз вовремя.

Она убрала пистолет в кобуру и открыла дверь. Она загородила вход своим телом, затем взяла поднос и передала женщине толстую пачку рублей. Поблагодарив, она закрыла дверь.

С подносом в руках Сейхан пересекла комнату и поставила его на стол. Она сняла крышку, обнажив два полных пакета крови и набор для переливания.

Юрий организовал эту специальную доставку.

Ковальски удовлетворенно вздохнул.

– Здесь хорошее обслуживание в номерах. Но они могли бы принести и картошку фри.

Пока Монк готовился восполнить то, что потерял Ковальски, Юрий шагнул вперед с телефоном в руке.

– Я получил ответ, - сообщил он.
– Но я не уверен, что это сильно поможет. По словам моего собеседника, пара знаков были абсурдными. Но кое-что он понял правильно.

Ковальски хмыкнул.

– Как я уже сказал, я не был уверен, что все запомнил идеально.

Сейхан сосредоточилась на Юрии.

– Что удалось выяснить твоему собеседнику?

– Я покажу тебе. Но в русском языке жестов используются кириллические буквы, а не американские.
– Юрий передал телефон.
– Это прислал мой друг.

Сейхан уставилась на экран, на котором виднелась строка кириллических букв с пробелами в начале и конце.

Сейхан нахмурилась.

– Значит, первая и последняя буквы неправильные?

– Абсурд, как я и говорил. Понятны только четыре средние ”Е Л В М".

Сейхан показала остальным изображение.

– Похоже на игру в кириллического палача, - пробормотал Ковальски.

Монк кивнул.

– Нам лучше не проигрывать, если мы надеемся когда-нибудь снова увидеть доктора Штутт и Марко.

И, возможно, Такера тоже.

Сейхан повернулась к Ковальски.

– Покажи мне эти знаки еще раз.

По ее настоянию Ковальски повторил последовательность движений еще несколько раз. Когда он это сделал, она распознала закономерность.

– Похоже, что обозначения первой и последней букв совпадают. Какую бы ошибку ты ни допустил, запоминая первую, ты повторил ее в последней.

– Что это значит?
– Спросил Ковальски.

– Это значит, что пропущенные буквы одинаковые.

Они с Юрием снова обратили внимание на экран. В кириллице было всего тридцать три буквы. Проверить ее теорию не составило труда. Ответ был найден на второй букве алфавита.

Сейхан постучала по экрану и заменила вопросительные знаки на кириллическую букву “Б”.

Она взглянула на Юрия, который кивнул в знак согласия.

Она показала результат двоим за столом.

Ковальски пожал плечами.

– Мне это все еще кажется абсурдным.

– В чем дело?
– Спросил Монк.
– Вы с Юрием явно что-то знаете.

– БЕЛВМБ расшифровывается как “Беломорская военно-морская база”, - объяснила Сейхан.

– Что это такое?
– Спросил Ковальски, поморщившись, когда Монк вставил катетер внутривенно.

– Краснознаменная военно-морская база на Белом море, - ответила Сейхан.

– Огромное место, - добавил Юрий.
– В Северодвинске, на севере.

Монк начал переливание.

– Как мы можем быть уверены, что это то самое место?

Это был справедливый вопрос.

На телефоне Сейхан открыла карту Архангельской области, где располагалась база. Она прочитала вслух об объектах базы: десятках подводных лодок, тысячах военнослужащих, прошедших арктическую подготовку, сотнях кораблей и оборудования, защищенных ото льда.