— Ты можешь опустить камеру? — спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.

Она тут же опускает ее, и между нами повисает тишина.

— Как ты себя чувствуешь?

Внимательно изучает меня.

— Что, ты теперь тоже репортер или просто одержима мной? — сухо отвечаю я.

Хмурится от моего тона, оглядывая меня с ног до головы.

— Я просто спрашиваю, как дела. Ты сегодня молчалив.

— Да, но я не чувствую себя обязанным отвечать. Мы не стали друзьями только из-за прошлой ночи, — говорю я.

Это удар ниже пояса, и я это знаю, но смотрю на Элиану самым холодным взглядом, на который только способен, и вижу, как в ее глазах появляется обида, когда она откидывает голову назад.

Ее реакция мгновенно рассеивает мою тревогу, заменяя ее чувством вины и сожаления.

— Пошел ты на хуй, — шипит она, стиснув зубы, и хмурит брови.

Как это возможно, чтобы кто-то оставался таким потрясающе красивым, даже когда он чертовски зол?

— Тебе бы этого хотелось, не так ли? — я выдавливаю из себя самодовольную улыбку.

Знаю, что бью ниже пояса, но я бы предпочел побыть один, чем выслушивать вопросы о моих чувствах прямо сейчас, просто я такой, какой есть. Она сердито фыркает и вскакивает на ноги, оставляя меня позади и направляется фотографировать остальных.

Разочарование медленно проникает в мою грудь, и я закрываю лицо руками, уставившись на песок. Она не заслуживала, чтобы с ней так разговаривали, даже если я пытаюсь заставить ее уйти.

Мне нужно будет извиниться перед ней позже сегодня, потому что прямо сейчас я чувствую себя самым большим мудаком в мире, в самом худшем смысле этого слова.

Когда тревога снова начинает нарастать в моей груди, я прибегаю к тому, чего мне не приходилось делать уже несколько месяцев.

Достаю из сумки телефон и наушники, включаю подкаст для медитации на следующие тридцать минут, закрываю глаза и сосредотачиваюсь на дыхании, по мере того как проходит стеснение в груди.

Я присоединяюсь к остальным членам команды, которые стоят поодаль на пляже. Женщины поднимаются первыми, и Малия принимает на себя первый удар, бегая рядом с девушкой с фиолетовыми волосами из «Рип Райдерс». Девушка выше и выглядит устрашающе, но я знаю, что Мэл справится с этим.

Она стала намного лучше с тех пор, как я в последний раз видел ее занимающейся серфингом, и она, вероятно, лучшая серфингистка в регионе — я не сомневаюсь, что она победит.

Мэл и фиолетововолосая пристально смотрят друг на друга, прежде чем подготовить свои доски, и снова переводят взгляд на океан. Звук мегафона эхом разносится по воздуху, и все серфингисты начинают бежать к океану.

Прямо перед тем, как Мэл достигает воды, девушка с фиолетовыми волосами спотыкается о нее. Она падает на свою доску для серфинга, ломая ее пополам, и толпа ахает. Я бросаю быстрый взгляд на Габриэля, и он напряженно держится за виски, наблюдая, как она приходит в себя.

Быстро осматривает свою доску, в то время как другие участники уже плавают в воде. Решив, что спасения нет, она бежит к нам с обеими частями своей доски, поэтому я бегу обратно к стойке с досками рядом с палаткой и хватаю ее запасную доску, бросая ее к ней, пока мы не встретимся посередине.

— Эта сучка должна понести наказание за это, — раздраженно фыркает Мэл, отрывая ремешок от сломанной доски и заменяя его ремешком от запасной доски.

— Не беспокойся о наказаниях прямо сейчас, просто сосредоточься. Ты все еще можешь выиграть.

Не говоря ни слова, она поворачивается и бежит в воду, запрыгивает на доску и начинает мощно грести. Когда подходит к линейке и раздается второй гудок, она плывет более агрессивно, чем другие, чтобы поймать волну, и когда ей это удается, она показывает отличные результаты.

— Теперь ей определенно нужно сходить к нашему мастеру по изготовлению досок, — бормочет Кайри, выбрасывая обломки доски Мэл в мусорный пакет и зачарованно наблюдает за Малией.

Когда заплыв Мэл заканчивается, она подбегает к нам, довольная тем, что заняла первое место. Я заключаю ее в медвежьи объятия и кружу нас.

Замечаю, что Коа пристально наблюдает за нами через плечо, поэтому дерзко подмигиваю ему, и он в ответ закатывает глаза, прежде чем сосредоточить свое внимание на Элиане, оглядывая ее с ног до головы, проводит языком по нижней губе, заставляя ее покраснеть в ответ.

Я ненавижу, что другой человек может вызвать у нее такую реакцию.

Я не виню ее; Коа — симпатичный ублюдок, но мне все равно не нравится, как ее щеки продолжают краснеть под его вниманием. Быстро отпускаю Малию, прочищаю горло и бросаю на него неодобрительный взгляд, на что он смеется.