— Дарси…

Она резко обернулась.

— Пожалуйста, просто оставь меня в покое.

Чувствуя себя полностью разбитым и эмоционально истощенным, я некоторое время сидел один в тишине. Я заслуживал всех ее слов. Через несколько минут я отправился на кухню, где Камилла готовила чай. В то время как большинство сотрудников жили за пределами поместья, Камилла всегда жила с нами. Много лет назад, перед своей второй поездкой в США, я признался Камилле, что влюбился в американскую девушку. И хотя я не открылся ей так, как бабушке, Камилла определенно знала о моей жизни больше, чем мои родители.

— Я беспокоилась о тебе, — сказала она.

Я выдвинул стул и сел.

— Не сомневаюсь.

— Я пыталась усмирить стервятников. Они сплетничали весь день. Эта девушка устроила настоящую сцену. Но, Боже мой, Лео. Я и представить себе не могла, что это та самая девушка, о которой ты мне рассказывал, — Фелисити.

Я обхватил голову руками.

— Я ужасный муж, Камилла. Правда. Меня надо пристрелить за мое сегодняшнее поведение. Но я просто…

— Ты не можешь отпустить ее.

— Не в таком состоянии, нет. — Я запустил руку в волосы. — И это чертовски несправедливо по отношению к ним обеим.

— Лео, я знаю тебя с тех пор, как ты был маленьким мальчиком. Я видела многое. Ты всегда старался поступать правильно. Со своим отцом, со своей матерью, с Фелисити, со своей женой. Иногда, даже когда мы пытаемся поступать по совести, у нас все равно что-то не получается. Просто будь немного снисходительнее к себе, ты делаешь все, что в твоих силах. Но также не жди, что твоя жена проявит понимание в этой ситуации. Ни одна здравомыслящая женщина этого не потерпит.

— Я понял.

Камилла пододвинула ко мне чашку с чаем.

— Не хочу сыпать соль на рану, но твоя мать каким-то образом узнала о ситуации. Похоже, у нас в доме завелся крот. Она звонила и искала тебя, пока тебя не было дома, и я думаю, что завтра она потребует от тебя объяснений.

Много лет назад это могло показаться кошмаром. Но сейчас я словно оцепенел. После того как я причинил боль двум дорогим мне женщинам, объяснение с матерью казалось сущим пустяком.

Я вздохнул.

— Я поговорю с ней, если придется.

На следующее утро я решил взять быка за рога и поговорить с матерью, прежде чем она успеет мне позвонить. После смерти отца мама переехала в отдельную резиденцию, чтобы мы с Дарси могли жить самостоятельно в главном доме. Дом моей матери, расположенный на другом конце Уэстфордшира, был почти таким же большим, как наш, со своим штатом сотрудников.

— Привет, мама, — сказала я, найдя ее в саду.

По ее суровому выражению лица я понял, что она в ярости.

— Что это за история с какой-то американкой, появившейся неизвестно откуда? Кто она?

Теперь уже не было смысла уклоняться от ответа. Я рассказал ей всю историю, ничего не утаивая. Реакция моей матери была такой, какой я всегда ее себе представлял. Ее практически трясло.

— Ты собирался отказаться от всего, Лео. Слава господу, что он вмешался и не дал тебе разрушить свою жизнь!

— И ты удивляешься, почему я никогда ничего не рассказывал тебе за все эти годы…

— Твой отец, скорее всего, сейчас переворачивается в могиле.

— Я очень сомневаюсь в этом. Насколько я знаю, я оправдал все его ожидания. — Я приподнял бровь. — В любом случае, какой смысл в таком образе жизни без небольшого скандала, чтобы время от времени встряхивать ситуацию, верно? Каков отец, таков и сын? — Я тут же понял, что намекать на слухи о неверности отца было неуместно. — Прости, мама. Я просто хотел сказать, что я едва ли первый неидеальный мужчина в этой семье.

Моя мать сделала большой глоток «Мимозы» и со стуком поставила пустой бокал на стол.

— Как ты собираешься решать эту проблему? Она все еще здесь?

— Она не проблема. Она — человек. Девушка, которая не знала, во что ввязалась. И я думаю, что то, что я собираюсь делать, тебя не касается. С этого момента я не должен ничего объяснять никому, кроме Дарси.

— Почему ты прибежал сюда сегодня утром, чтобы поговорить со мной, если тебе не важно мое мнение?

— Потому что я знал, что твоя голова, скорее всего, готова взорваться, и хотел избавить тебя от страданий.