Не скажу, что я часто козырял перед Леськой этой эмоцией, но мы были с ней в отношениях целый год, за который происходило всякое.

Моя злость просто на максималках и лучше бы нам найти общий язык.

Через три минуты дверь общежития вяло скрипит являя растерянную Олесю.

Ее глаза шарят по мне, ощупывая каждый сантиметр моего тела и если бы не обстоятельства, при которых я силком вытащил ее наружу из уютного укрытия, я бы мог с уверенностью сказать — она скучала по мне.

— Я не хочу скандала… — дипломатично предупреждает “взрослая, серьезная женщина” медленно спускаясь по неровным ступенькам.

Ее походка неуверенная, словно она с боязнью заходит в клетку к тигру.

Кто знает, может это и так? Все зависит от нашего разговора.

Я уже вписался за нее, поэтому о шагах назад даже речи быть не может!

— Я здесь, чтобы поддержать твой проект, за этим же ты пришла на гранд? — спрашиваю, убирая руки в карманы брюк.

На улице жарко, но Олеся обнимает себя руками так, словно двадцать восемь со знаком плюс, для нее жутчайший холод.

Ее затаенный взгляд на моем лице слишком долгий и изучающий. А еще от всего этого веет подозрением.

— И чем ты мне можешь помочь? — интересуется моя бывшая, бросая быстрый взгляд на дверь общежития.

Помню время, когда она забивала большой болт на мнение окружающих, позволяя мне с упоением целовать ее на этих самых ступеньках, а сейчас мы словно откатываеся в начальную точку и все происходит по тому же сценарию, что был в начале нашего знакомства.

Словно кто-то скинул все до заводских настроек.

Ее трусливость сеет во мне подозрение.

Замуж может вышла за местного препода? Я знаю, что многие работники колледжа проживают в этом общежитии.

Им выделен целый этаж и с парочкой я даже выходил на разговор. В том числе и после нашего первого раза, когда один идиот выносил дверь в Леськину комнату.

Аргумент его был прост: мы громко трахаемся, а они с женой легли спать.

Морду я ему конечно же не набил, но дал ясно понять, что с такой претензией он к нам больше не сунется!

Вытащив из карманов одну руку, сжимаю пальцами переносицу, пытаясь вынырнуть из воспоминаний.

Там было охуенно, что сказать.

— Я предложил твой проект своему отцу. — информирую, глядя исподлобья.

Леся недоверчиво щурит глаза и через короткий вздох снова смотрит на дверь.

Я делаю то же самое.

— Эм… Не думаю, что тебе стоило так заморачиваться — тянет уголки губ в наигранной улыбке, поворачивая голову в мою сторону.

— Я уже это сделал, так что выхода у тебя нет. — обрубаю на ходу все “ нет” и “ не знаю”

Я веду себя слишком напористо? Может быть. Просто мне прекрасно известно, какой язык общения выбирать с этой женщиной.

Ее нужно опрокидывать на лопатки и не дать возможности подняться.

В прошлом у этого факта был сексуальный подтекст. В настоящем — его быть не может!

Бросаю взгляд за Леськино плечо, потому что дверь общежития скрипит.

Уж не знаю, кого так боялась Олеся, а на крыльцо выкатывается маленькая девочка лет пяти и молодой пацан.

Грозно постукивая розовыми кедами по старому крыльцу девчонка направляется прямиком к нам, а парень ворчит:

— Все, мне некогда, забирай,опаздываю.

Быстро сбегая по ступенькам, он не забывает бросить на меня презрительный взгляд.

Может быть моя перегруженная башка дает сбой, но в ней со скоростью света собираются пазлы и меня ни хера не устраивает окончательная картинка.

Дернув глаза на девочку внимательно ее изучаю, охеревая от мыслей, которые ползут в мою голову.

— Мама! Я босе с этим дебилом не оштанусь! — ворчит малявка, топая ногой.

Она похожа на Олесю, как чертова уменьшенная копия и от этого факта я даже не осуждаю сквернословия маленькой девочки.

— Варя! Перестань ругаться…–сквозь зубы цедит молодая, блин мамаша, кидая в меня смущенные взгляды.

Так, это что еще за херня, а?

Вопросительно смотрю на Леську в упор, сжимая челюсть.

Нет! С ней я разговаривать об этом не буду. Ее шанс упущен, потому что я обязан был знать!

— Привет — наклоняюсь к девочке, продолжая ее разглядывать.

Прибью сейчас ее мать! Просто блять… Зарою в старенькой клумбе.

— Уди от меня! — прячется девочка за маму, не забывая пнуть меня по ноге.

Морщусь, потому что малявка вложила в свой удар все силы.

Зашибись, блин!