Егор тоже вооружился шампуром и стянул с него первый горячий кусок. Да, всё вышло, как надо. Хотя, можно было ещё пол ложки уксуса добавить.

— Всё, я больше не могу, — неприлично рыгнув и прикрыв ладошкой рот, выдала Лина. — Очень вкусно. Не буду кривляться, это один из самых лучших шашлыков, которые мне приходилось есть. И лук в тему. Сейчас почти никто так не делает, нарубят на тарелку свежего, и жрут вприкуску.

— Это единственное блюдо, которое я прилично готовлю, — повинился Раевский. — Хотя ещё ростбиф хорошо получается.

— Мы — странники, — заметила Лина, — банка консервов, хорошо разогретая, наша вершина кулинарии. Так что, не бери в голову. Просто в такие моменты мы начинаем ценить эти маленькие радости. Мы сейчас на чужой планете, неподалеку отсюда идёт война, сегодня было четыре прилёта по городу, а мы сидим и едим шашлык, а до этого была замечательная ночь.

Раевский улыбнулся.

— Когда краситься будешь?

— Ночью встану, часа за два до выхода, а сейчас перекури, и помоги мне волосы покрасить. — Заметив его растерянный взгляд, девушка рассмеялась. — Не боись, там нет ничего страшного. Натаскай воды, а я пока краску разведу.

Егор кивнул и, прихватив три пятилитровые баклаги, отправился на колонку. Через два часа всё было кончено. Лина сидела на старом пластиковым стуле, переодетая в чистую новую одежду, голова девушки была замотана полотенцем. Раевский стоял в тазу, выливая на себя остатки воды, за которой пришлось бегать ещё два раза, но хороший душ и возможность вымыться того стоили.

— Здорово, — довольно заявил он, приводя в порядок мокрые волосы перед мутным зеркалом расчёской, в которой не хватало половины зубьев.

На улице уже стемнело. Химеры бегали по яблоневому саду, играя в салочки, похоже, они сошлись, и всё больше время проводили друг с другом.

— Пойдём спать, — предложила Лина, — завтра рано вставать, я даже будильник на книге поставила.

— Пошли, — согласился Раевский и, в два шага догнав девушку, обнял её за бедра.

— Опять будем кровать доламывать?

— Конечно, — шепнул Егор, целуя Занозу за мочку уха. — Я не могу не попытаться добить эту старую скрипучую падлу.

И ведь как предвидел — в момент оргазма задние ножки с жалобным хрустом обломились, Лина вскрикнула и, обняв Егора за шею, крепко поцеловала в губы.

— Ты справился, — гордо заявила девушка, — ты её доломал.

— Я такой, — подыграл Раевский.

Белова улеглась рядом, закинув на него ногу и положив голову на грудь. Егор провёл рукой по волнистым волосам, которые теперь были медного, скорее даже медового цвета, они пахли химией и шампунем.

— Ты ведь меня не бросишь? — шепотом спросила она.

— Не брошу, Заноза, — заверил он её. — Как я могу бросить ту, что встала на мою дорогу?

Ответа не последовало, он посмотрел на Лину и улыбнулся, девушка спала. Егор аккуратно переложил её на подушку и, взяв из пачки сигарету, голышом вышел на крылечко. Посмотрев в чужое небо, в котором не было ни одного знакомого созвездия, Егор вздохнул и прикурил. Сколько им ещё шляться по далеким, и чаще всего враждебным мирам? Сколько кусков ключей нужно собрать? И что в конце? Получит ли они долгожданную свободу? Одни вопросы и никаких ответов.

Отправив окурок в полёт, Егор вернулся в спальню, где на кровати, стоящей теперь под углом градусов пятнадцать, свернувшись под тонким одеялом, спала Лина. Забравшись на перекошенное ложе, он уставился в потолок, спать на сломанной кровати было не слишком удобно. Но один плюс он всё же нашёл — она перестала скрипеть. Сон не шёл, в голову лезли нехорошие мысли. Неожиданно Лина, не просыпаясь, придвинулась и, обняв его руку, прижалась к нему грудью, и стало гораздо спокойней. Не прошло и пары минут, как Егор отрубился.

Проснулся Раевский, когда за грязным стеклом начинался рассвет. Часы на руке показывали половину шестого, оставалось не так много времени, примерно сорок минут требовалось, чтобы добраться до базы Ангелов.

Приподнявшись на локте, Егор посмотрел на Лину, которая, уже полностью одетая, сидела перед зеркалом спиной к нему и заканчивала краситься.

— Почти готово, — заметив в зеркало, что он проснулся, заявила она. — Разводи костерок, кипяти кофе и чай, режь бутерброды, и пора выходить.

— Слушаюсь, командир, — отозвался Раевский и, натянув трусы, огляделся в поисках штанов.

Через полчаса они, оставив за спиной приютившую их дачу, покинули садовое товарищество, носившее название «Зелёное».

По прохладе шагать было легко, солнышко ещё только поднималось из-за горизонта, светя в спину. Лина преобразилась, даже Егор, который находился с ней почти постоянно, с трудом бы смог её узнать. Она как-то изменила форму скул, лицо стало более удлинённым, большие очки, которые, как ни странно, подошли ей, скрывали половину лица, медовые волосы забраны в хвост, который торчал из прорези чёрной бейсболки. Да, сейчас от её естественной красоты, которую Каскад так ценил, не осталось и следа, исчезли веснушки, появился толстый слой тоналки. Но теперь у неё была другая красота — искусственная, которая тоже пришлась по душе Егору. Так, не спеша, за двадцать минут они добрались до города.