«Рамот’а говорит, что мы не должны рисковать, — заметила Арвит’а. — Поднимайте!»

Ф’лессан, снова оказавшийся в воздухе на спине своего дракона, безошибочно почувствовал радость Голант’а. Однако он ощущал не только радость, но и глубоко скрытый страх дракона и в этот момент понял то, чего не осознавал раньше: как он сам прятал от дракона свои страхи, так и Голант’ старался скрывать свои страхи от всадника. Он поднимался и опускался на подъемнике, упражнялся до изнеможения, и все для того, чтобы у них обоих не оставалось сил ни горевать, ни думать. Потом Ф’лессан ощутил присутствие Зарант’ы. Она держалась слева от Голант’а, готовая помочь ему, если возникнет необходимость. Если бы он все еще оставался командиром крыла, он непременно взял бы в свое крыло Тай и Зарант’у.

Хонсю-холд остался у них за спиной, а затем и вовсе скрылся из виду. Он видел мелкие холды, загоны для скота, поля, расчищенные под посев… и террасы.

«Хорошо», — Голант’ облегченно вздохнул, поворачивая голову влево, чтобы скомпенсировать слепоту левого глаза.

«Голант’, давай отправимся в Прибрежный!» — Ф’лессан словно воочию увидел синие воды моря, зеленоватые отмели, обсерваторию справа на берегу… Подняв руку в обычном жесте командира крыла — привычка, от которой ему, вероятно, нескоро удастся избавиться, — он приказал Голант’у уйти в Промежуток.

«У них получилось! — торжествующе сообщила Рамот’а своей всаднице. Потом другим, несколько критическим, тоном добавила: — Конечно, посадка не идеальная — однако, учитывая обстоятельства, вышло неплохо. И не нужно было целых пять драконов, чтобы поднять Голант’а. Мы с Мнемент’ом прекрасно справились бы».

«Я совершенно в этом уверена, — согласилась Лесса, которая и сама не могла удержаться от улыбки облегчения. — Но всадникам Монако нужна практика, а пятеро хорошо контролировали друг друга».

Она никогда не видела жизнерадостного и энергичного Ф’лессана в таком отчаянии, как тогда, когда он осознал, что Голант’ больше никогда не сможет сражаться с Нитями. И потому он сам не может больше быть командиром крыла.

Она вспомнила тот день, когда они с Ф’ларом были так счастливы, — волшебный момент, когда на первом же Рождении, на которое вышел Ф’лессан, он запечатлил Голант’а. Они необыкновенно хорошо подходили друг к другу и почти без усилий — во всяком случае, видимых — успешно прошли все испытания. В шестнадцать, когда юная золотая поднялась в первый брачный полет, в котором участвовали все бронзовые, он позволил своему дракону взлететь. В том же Обороте родился его первый сын. Через два Оборота Ф’лессан стал командиром нового крыла.

Нападение в Хонсю едва не убило обоих, хотя и Голант’, и Ф’лессан выжили. Всадники редко переживают такие серьезные раны — свои или драконов. Те, кому не хватает силы характера и способности пережить жестокое столкновение с реальностью, просто уходили в Промежуток. Для предводителей Бенден-Вейра это было крайне важным: чтобы Ф’лессан, поняв, как тяжелы увечья Голант’а, не покончил с собой. Однако Кейта развеяла их страхи. У Ф’лессана вовсе не такой характер. Кроме того, рядом была Тай, готовая помочь ему. По чести сказать, Лесса не ожидала, что Ф’лессан свяжет себя с зеленой всадницей, однако их связь продолжалась и после брачного полета Зарант’ы, и зеленая поддерживала Голант’а так же, как ее всадница — Ф’лессана. Рамот’а прислушивалась к тому, что происходило между двумя драконами, все время, пока не окончился критический период. Вероятно, думала про себя Лесса, то же делали Ф’лар и Мнемент’.

Лесса была теперь вдвойне благодарна тому, что Ф’лессан так заинтересован в возрождении Хонсю; она с облегчением узнала о том, что Тай и Ф’лессан во время выздоровления решили проводить больше времени за наблюдением. Ф’лессан был слишком важен для Лессы — и не только как ее единственный сын. Он был важен для Перна. Как он говорил на том собрании предводителей Вейров! Она сама уже почти отчаялась в попытках найти применение силам всадников После — и тут ее единственный ребенок указал им всем нужный путь…

Она вздрогнула, вспомнив мгновение ужаса, которое ей пришлось испытать, когда Рамот’а — одна, без всадницы — бросилась на помощь Голант’у и Зарант’е.

— Уже почти месяц прошел, — подходя к Лессе сзади и обнимая ее, проговорил Ф’лар. — Я знаю, ты хотела быть там, но Зарант’а — дракон Монако. Поддержка родного Вейра для нее так же важна, как и умение поднять Голант’а в воздух. Конечно, мы тренируемся в телекинезе, поднимая детали телескопа, который собирает Эррагон… У вас с Рамот’ой прекрасное мастерство контроля.

— А потенциал Мнемент’а практически неограничен, — ответила она искренним комплиментом, откидываясь ему на грудь и ощущая в нем ту силу, которая всегда поддерживала ее. — Нам так много предстоит узнать об этой новой способности драконов…

Ф’лар суховато рассмеялся:

— Ничего странного, что некоторые просто не могут этого принять.

— Но у нас ведь больше не было проблем с Очистителями, верно? — Она встревоженно обернулась, боясь, что он что-то скрыл от нее.

— По счастью. У нас и без них дел хватает.