–Я готов на все, лишь бы между нами все стало, как у нормальных супругов… Только дай мне шанс, любимая…

Его руки прошлись по телу Лили, не оставляя без внимания ни единого сантиметра ее кожи. Девушка вздрагивала от его прикосновений, особенно, когда он провел пальцами по внутренней стороне бедер, затем поднялся вверх – до груди. Отвечая на поцелуй Валерия, Лиля тихо выдохнула:

–Ты действительно любишь меня?

–Вот тебе мой ответ – да, – супруг уложил ее на постель и осторожно раздвинул ей ноги…

Лиля, понимая, что теперь она значится женой влиятельного человека, решила стереть из памяти все, что было до брака. Она постепенно открывала для себя мужа, как книгу, которую интересно и, в то же время, – несколько боязно читать. Ревновать Валерия Панкратовича к кому-либо не было никакого смысла – он с ума сходил, если не попадал вовремя домой. Начинал писать жене сообщения с извинениями и обещаниями приятных сюрпризов, как только он доберется до их уютного любовного гнездышка.

Борис Волков не простил дочери предательства. Лиля не посмела рассказать, что попалась в тот злополучный вечер с поличным, выдав планы отца. Вместо этого она сообщила, что отказывается участвовать в задуманной отцом афере, потому что влюбилась в Валерия и собирается за него замуж. Бывший жених Лили, получив от нее то видео, пришел в ярость и, как и предсказывал Валерий Панкратович, отказался даже думать о девушке и вспоминать, что когда-либо был с ней знаком. Он окончательно уехал из страны и больше не возвращался.

—Ну-ка, еще раз повтори, что ты сказала, —потребовал Валерий Панкратович от жены. Лицо мужчины было перекошено от гнева, глаза сверкали, жилы на руках и шее вздулись. Казалось, еще секунда – и он набросится на хрупкую красавицу. Лиля же вызывающе откинулась назад и, смакуя каждое слово, сказала:

–Ты – рогоносец. Неужели ты думал, что я тебе прощу разлуку с Филиппом? Если бы не ты, мы были бы вместе, и я была бы по-настоящему счастлива.

–Разве ты несчастна со мной? – Валерий Панкратович оглядывал Лилю с головы до ног, не веря, что ее слова могут оказаться правдой. – У тебя есть все, о чем другие женщины могут только мечтать. Ты ездишь на отдых в лучшие курорты, по несколько раз в год. К твоим услугам собственная горничная и повар, фитнес-тренер, стилист и прочие. Я никогда не спрашивал, сколько и на что ты потратила денег. Ты живешь, как хочешь. От тебя требуется только одно – быть мне верной и любящей женой.

–Какой смысл быть верной, если я не люблю тебя? —выкрикнула Лиля. – Забыл, почему мы поженились? Решил поговорить о любви после того, как изнасиловал и унизил меня? Ты про свой шантаж хоть помнишь? Про то, что я выходила замуж, как сиротка, когда на свадьбе не было никого, кроме моего брата Давида, помнишь? Ну да, на такие вещи у тебя память просто образцово короткая. Раз не помню, значит, ничего не было. Да меня тошнит с первого дня совместной жизни с тобой!

–Тогда я должен сказать только одно. Ты любому дашь фору в притворстве. Так изображала любовь, что я почти поверил… почти почувствовал себя счастливым, – мрачно усмехнулся Валерий Панкратович. – А как же Ада?

–Не твое дело. Я ее родила, чтобы рядом со мной был человек, который мне не противен. Остальные, начиная с тебя, вызывали во мне только рвотный рефлекс. Ты даже не представляешь, насколько было невыносимо находиться в одной постели с тобой. Мне везде мерещится мерзкий запах твоего тела, а после твоих поцелуев хочется почистить зубы или залиться хлоркой.

Лиля стояла перед мужем с ярко-красными от гнева щеками, сжав маленькие кулачки. Видимо, она давно мечтала сказать об этом мужу и получала удовольствие от собственных слов…

За десять лет брака Валерию Панкратовичу многократно приходила в голову мысль, что это было глупой идеей – жениться на девушке, с которой он так отвратительно поступил. Но Лиля старалась быть для него хорошей женой, и он постепенно начал верить, что доверительные отношения, терпение и забота помогут ему создать настоящую семью. Мужчина старался не оставлять жену одну, помогал смотреть за маленькой дочерью, в которой души не чаял, вывозил все семейство на отдых в красивые места.

–Хочу, чтобы Ада получила от жизни самое лучшее, —говорил он своим друзьям и знакомым. – Когда малышка подрастет, пойдет учиться в престижную языковую гимназию, выучит несколько иностранных языков.

Лиля равнодушно бросала, что ребенок сам примет решение, когда до этого дойдет дело.

–Ты что, всерьез строишь планы на дочку? Она же еще маленькая, пусть поживет без всяких правил и ограничений, —требовала Лиля от мужа. Но Валерий Панкратович был не согласен с этим.

–А если она выберет неверное направление? Как тогда исправлять ошибку?

–Это нормально – в начальной школе не представлять себе, чем будешь заниматься всю жизнь, —Лиля порой начинала вести себя чрезмерно агрессивно.