И вот они оба выехали на прямую дорогу к Таймс-Скверу — финишу данного заезда. На повороте Син всё-таки смог поравняться с Максвеллом, так что теперь они оба ехали рядом и на одном уровне.

— А ты неплох! — прокричал Максвелл, задрав стекло шлема вверх. — Но всё ещё не хорош!

— От тебя я великолепного результата тоже не вижу. — ответил колкостью Айкава, также убрав стекло шлема вверх.

— Я всё ещё не использовал свой козырь. — с ухмылкой крикнул Райт, крепче вцепившись в рукояти.

— Так используй же! — решил спровоцировать его Син. — Или я обгоню твою задницу и заберу победу!

— Хах, ну сам напросился!

Внезапно, Максвелл окутался облаком пылающего дыма, словно материализовавшегося из другого измерения. Пламя вихрем облетало его тело, превращая его облик во что-то нечеловеческое. Огонь быстро расплавил шлеп, после чего на глазах этого мира появился пылающий череп. Его глаза, испещренные пламенем, сверкали яркими оранжевыми и красными искрами.

Мотоцикл Максвелла также подвергся трансформации. Пламя обволакивало его кузов, и контуры машины стали мерцать и искриться, словно они были выкованы из пламени. Языки огня лизали колеса, придавая им ауру мистической энергии.

— Охренеть. — с удивлением произнёс Син, не веря своим глазам.

Сам же «Призрачный Гонщик» посмотрел в сторону Айкавы и злобно ухмыльнулся языками пламени, после чего, вернув свой взгляд на дорогу, прокричал:

— ЮХУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-!

С этим криком он рванул вперёд, снова вырвавшись на первую позицию, что, конечно, не сильно понравилось Сину, что теперь находился в проигрышной позиции. Осознав, что он не сможет догнать Максвелла максимальной скоростью своего байка, он решил использовать свою причуду.

«Сцена» открылась мгновенно, заняв максимально возможную территорию. Сообразив, что ему нужно для осуществления плана, он создал на боках своего мотоцикла ещё несколько труб, из которых должен будет выходить азот. Далее, впереди, прямо на дороге, он поставил небольшой трап, при помощи которого он должен будет взлететь, а затем, когда он будет в воздухе, ему нужно будет ускориться, чтобы за короткое время нагнать и, быть может, перегнать Максвелла.

Всё это, разумеется, было сделано за несколько мгновений — настолько быстро ему пришлось действовать, чтобы не проиграть.

Син прижался к своему мотоциклу, готовый к самому рискованному маневру своей жизни. Он ускорился, приближаясь к трапу, который уже ждал его на дороге. Мгновение непредсказуемого взлета, и он оказался в воздухе, свободно паря над землей. Азотные струи вырвались из боковых труб и Айкава рванул вперёд на безумной скорости, чуть ли не мгновенно догоняя своего соперника.

В это же время Максвелл, чувствуя конкуренцию, также не расслаблялся. Он продолжал сжимать рукоятку газа, раскрывая все возможности своего пылающего мотоцикла. Силы огня наполнили его существо, и он мчался по дороге, словно огненная стрела, стремительно приближаясь к финишной черте.

Посмотрев в сторону, Райт заметил, что его соперник буквально подлетел к нему, и он всё ещё продолжал набирать скорость.

— Охренеть… — теперь уже Максвеллу принадлежали данные слова.

Взглянув друг на друга, Син и Максвелл поняли, что они сравнялись. Их глаза горели от решимости и жажды победы. Син почувствовал, как адреналин бушует в его жилах, подогревая его страсть к гонке. Максвелл же не сдавал своих позиций, его сердце забилось сильнее, его огненный взгляд был наполнен гордостью и желанием оставить свой след в истории гонок.

Оставалось всего несколько метров до финиша, и оба гонщика были рядом, дуэль была на пределе. Время замедлилось, и весь мир померк вокруг них. Зрители задержали дыхание, ожидая разрешения напряженной ситуации.

И вот, с последним ударом сердец, Син и Максвелл пересекли финишную черту почти одновременно. Зрительный зал взорвался овациями, аплодисментами и восторженными криками.

— Дамы и господа, у нас есть победитель! — прокричал местный анонсер.

— И имя ему…

— … Максвелл Райт!

* * *

Полностью скрывшись от погони в узких переулках неблагополучных улиц, парни остановились и заглушили моторы, после чего каждый мог выпустить наружу накопленные внутри эмоции. Так, например, от перевозбуждения Максвелл буквально спрыгнул с байка и сделал ряд резких движений, выплёскивая наружу свой восторг и свой адреналин.

— Это было ОХЕРЕННО, ЧУВАК! — закричал он, резко опустив голову вниз. — Это. Было. ОХЕРЕННО! — повторил Райт, после чего внимательно посмотрел на Айкаву, что в данный момент снимал со своей головы шлем. — Где ты научился так рулить?