А кроме того, Коул вынужден был признать, что близкое соседство Эрин не позволяет полностью сосредоточиться на делах. Если он будет оставаться в номере отеля, пока Эрин расточает вокруг себя неспокойные флюиды, ему придется сдерживать свои чувства. Делать же в ее сторону откровенные пассы также представлялось Коулу делом несколько сомнительным, так как он не был до конца уверен в расположенности к нему Эрин. Захоти она прыгнуть к нему в постель, уж наверняка сумела бы дать ему это понять. Видимо, до прыжка в его постель она пока не доросла.

— Да я и сам, честно говоря, с удовольствием подышал бы свежим воздухом, — сказал Коул.

— Через три минуты я буду готова, — сказала Эрин и проворно скрылась на своей половине.

И правда, менее чем через три минуты, когда Коул вытаскивал из шкафа черную ветровку, она, не дожидаясь его, пошла к двери.

— Эрин…

Ей так хотелось поскорее вырваться на свежий воздух, что она даже не замедлила шаг. Пришлось Коулу почти бегом догонять ее. Она уже приоткрыла входную дверь, когда Коул ухватил ее за плечи и пинком захлопнул дверь. Эрин удивленно посмотрела на него. Сильные большие руки Коула лежали у нее на плечах. Он, в сущности, обнял ее, она была у него в руках, как в западне.

У Эрин душа ушла в пятки: ей вспомнилась другая дверь и другой мужчина, так же обхвативший ее за плечи. Эти воспоминания всплыли из тьмы подсознания, куда были загнаны довольно давно.

— Вы хоть думаете, прежде чем что-то сделать?! — воскликнул Коул. — Пора отвыкать вот так беззаботно открывать двери и выходить!

С неопределенным возгласом Эрин повернулась и с кулаками набросилась на Коула. Ребром правой ладони она бы дала ему по горлу, не успей Коул вовремя выставить блок. Но Эрин успела заехать головой ему в челюсть. Рассерженный и несколько даже сбитый с толку, подавляя желание дать ей сдачи, Коул принялся давить девушке на плечи, пока она не оказалась распростертой на ковре у ног Коула.

Эрин сопротивлялась молча и отчаянно, пытаясь пустить в ход многие из приемов, что ей довелось узнать за последние семь лет. Но, увы, силы были очень уж неравны. Все ее удары Хоул легко отражал, да и вообще перевес был на его стороне. Он вел себя так, чтобы Эрин ни себе, ни ему не смогла нанести травму. Очень скоро девушка поняла, что понапрасну теряет время и силы. Она затихла, дожидаясь, когда ее неподвижность Коул примет за капитуляцию.

Зеленые глаза Эрин оказались прямо у лица Ко-ула. От подобного соседства у него пошел мороз по коже.

— Эрин, послушайте, я не хочу причинять вам вреда. Но и не позволю вот так беззаботно выходить из номера, пока сам не проверю обстановку в коридоре и в холле. Я заинтересован в вашей безопасности, и потому едва ли стоило на меня нападать.

Он повторил последнюю фразу еще и еще раз, несмотря на бешеный взгляд, которым Эрин так и сверлила его.

— Понятно, — прошептала она наконец. — Можете слезть с меня. Чтобы я могла встать…

— Не раньше, чем вы ответите, почему еще минуту назад пытались убить меня?

— Извините. Это я… немного нервы сдали.

— Это я понял. А почему?

Поняв, что ей не вырваться из рук Коула, Эрин сникла. Коул по-прежнему всем телом прижимал ее к полу. В другое время это вселило бы в душу Эрин ужас. Но теперь никакого ужаса она не испытывала. Но не его слова, не его тон, а именно сдержанность Коула успокаивающе подействовала на Эрин. Хотя она первая напала на него, он все это время лишь защищался. И даже сейчас, когда из его расцарапанной губы и подбородка сочилась кровь (Эрин постаралась, ее работа), он вел себя с ней предельно осторожно.

— Вы не причинили мне ни малейшего вреда, — прошептала Эрин.

В ее голосе слышалось такое удивление, что Коул даже опешил, — но, прежде чем он успел спросить, что именно она имеет в виду, Эрин сама попыталась объяснить ему свои слова.

— Когда вы захлопнули передо мной дверь, я вспомнила, как то же самое однажды сделал Ганс: я так же тогда устремилась к двери, а он нагнал меня, схватил, потом отпустил, я снова рванулась, он снова схватил меня — и так без конца…

— Ганс?! — переспросил Коул. Его глаза смотрели на девушку не отрываясь.

В первую секунду Эрин не знала, что и ответить.

— Расскажите мне обо всем, Эрин. Нам предстоит жить бок о бок, и будет лучше, если мы как следует узнаем друг друга. Иначе я рискую рано или поздно вновь оказаться, сам того не ведая, на минном поле.

Она прикрыла глаза. Коул был прав.

— Ганс был моим женихом семь лет тому назад. Он был такой же большой, как и вы. И такой же сильный. О Боже, какой же он был сильный… — При этом воспоминании Эрин даже передернуло, и она продолжала бесстрастным глухим голосом: — Однажды я увидела, как он роется в сейфе моего отца. Оказалось, он не просто там рылся, а фотографировал каждую страницу всех документов. Увидев это, я хотела убежать, но было поздно. Он действовал стремительно, вроде вас.