Шрифт:
Кристи, вся дрожа, вцепилась в чашку с кофе и пыталась уверить себя, что страсть, звучавшая в голосе Кейна, была ненастоящей.
Она не могла быть настоящей.
Мужчины никогда не испытывают такой страсти к обыкновенным женщинам. Такую страсть можно испытывать лишь к женщинам потрясающей красоты. Таким, как Джо-Джо.
Кристи никто никогда так не любил.
— Нет! — прошептала она, закрыв глаза.
— Да! И я хочу тебя, — яростно сказал Кейн. — Слишком сильно хочу.
Он вылил свой кофе в огонь. Огонь зашипел.
Кристи открыла глаза.
По лицу Кейна она поняла, что это правда.
На несколько секунд воцарилась тишина, лишь потрескивали дрова.
— Ты смотришь на меня, Рыженькая.
— На тебя… стоит посмотреть.
Кейн рассмеялся и опустился перед ней на колени.
— Ты единственная женщина, которая может заставить меня смеяться и одновременно завести меня почти до боли, — сказал он.
Кейн стоял к ней так близко, что Кристи не, чувствовала ничего, кроме его горячего дыхания.
— У тебя трясутся руки, прольешь, — сказал Кейн, вынимая чашку из ее руки.
— У тебя тоже.
— Ты боишься меня? — спросил он.
— Не… совсем, — прошептала она. — А ты меня боишься?
— Да.
Ее глаза округлились.
— Почему?
— Потому что мы не можем просто заняться любовью, а потом разойтись как ни в чем не бывало.
— Ты так думаешь? — сказала она.
— А ты?
— Не знаю, — прошептала она.
— Хочешь выяснить?
На минуту Кристи закрыла глаза. Затем кивнула.
Пальцы Кейна погрузились в ее волосы, нежно лаская их. В их прикосновении ей передавалась страсть, охватившая сильное тело Кейна.
— Кейн? — прошептала она.
— Теперь уже ничто меня не остановит, — сказал он.
Его губы осторожно прикоснулись к ее губам, он обнял ее за плечи, прижимая к себе. Горячий, страстный, долгий поцелуи сказал ей гораздо больше, чем могут сказать любые слова.
Кейн на секунду оторвал губы.
— Не вырывайся, — прошептал он. — Прошу тебя, родная. Я не заслуживаю тебя, но ты мне нужна…
Эти слова были для Кристи как молния посреди грозы. Она испытывала к нему точно такие же чувства — хотела его, как никогда в жизни не хотела ни одного мужчину, и ничто уже не могло ее остановить…
— Я не вырываюсь.
— Ты пыталась вырваться.
— Нет, — рассмеялась она. — Я пыталась прижаться к тебе еще крепче!
Вместо ответа Кейн прижал ее к себе еще крепче, и их губы снова слились в поцелуе. Поцелуй длился так долго, что Кристи показалось: еще немного — и Кейн зацелует ее до смерти, но сейчас она готова была умереть в его объятиях.
Когда поцелуй наконец кончился, Кейн двумя быстрыми движениями расстегнул «молнии» на куртке Кристи и на своей собственной, затем кнопки их рубашек.
— Ты красивая, — прошептал Кейн.
На этот раз он не протестовал, когда рука Кристи потянулась к пряжке его ремня…
Кристи отодвинулась от Кейна, тяжело дыша.
— Я знал, что все именно так и будет, — сказал он. — Я знал это еще тогда, когда в первый раз увидел тебя в музее.
— А я тогда не могла отвести от тебя глаз.
— Я это заметил. Это-то меня и завело. Если бы не Деннер, кто знает… Впрочем, теперь он нам не мешает. А если так, то почему бы нам не повторить?
ГЛАВА 26
Кейн проснулся за час до рассвета. Небо над ними было усыпано холодно мерцавшими звездами, но им, прижавшимся друг к другу, словно птенцы в гнезде, было уютно и тепло. Кейн долго лежал без движения, наслаждаясь теплом спящей рядом Кристи.
Он думал. О том, что каша, которую заварила Джо-Джо, еще не расхлебана.
Кейн осторожно поцеловал Кристи в плечо, не желая ее будить. Она так мирно спала…
А предстоящий день, как боялся Кейн, может оказаться вовсе не мирным.
Кристи открыла глаза.
— Доброе утро, — шепнул Кейн.
— Утро? — зевнула она. — По-моему, так еще ночь.
Она закрыла глаза и снова погрузилась в сон.
Кейн осторожно поцеловал ее в губы.
— Утро на подходе, родная, — сказал он. — Прислушайся.
В густых ветвях ив над прудом просыпались птицы, пробуя свои голоса.
Кристи оперлась на локоть и посмотрела на восток. Небо из черного медленно превращалось в серо-голубое. Близился рассвет. Поежившись, Кристи еще глубже нырнула в спальный мешок, прижавшись к Кейну, словно он был одеялом.