To be broke as fuck.

(Что переводится так:

"Эта песня посвящается всем счастливым людям,

Всем счастливым людям,

У которых очень хорошая жизнь

И которые не имеют ни малейшего представления о том, что такое

Сидеть без гроша в кармане.")

— Это про Германна, — успеваю сказать я, прежде чем Эминем переходит к настойчивому рэпу:

I feel like I’m walking a tight rope

Without a circus net.

I’m popping percuscet.

I'm a nervous wreck.

I deserve respect.

But I'm working sweat

For this worthless check.

("У меня такое ощущение, как будто я иду но проволоке

Без подстраховки.

Я глотаю перкусет.

Нервы мои никуда не годятся.

Я заслуживаю уважения.

Но я работаю в поте лица

За этот ничтожный чек.")

— Слышите, — говорю я и, резко увеличив громкость, обвожу класс взглядом. — А теперь ещё внимательнее слушайте. Сейчас припев будет, а в нем весь смысл.

Я ещё больше увеличиваю громкость, и из динамиков несутся слова, которых не постыдился бы сам Пушкин. Тем более что он, с его частично африканским происхождением, сегодня наверняка был бы рэпером.

— That’s Rock Bottom, — поет Эминем. — When this life makes you mad enough to kill —

That’s Rock Bottom.

When you want something bad enough to steal —

That’s Rock Bottom.

When you feel that you’ve had it up to here

‘cause you mad enough to scream

but you sad enough to tear —

That’s Rock Bottom.

("Это самое дно,

Когда эта жизнь доводит вас до такого исступления, что вы готовы убить,

Это самое дно.

Когда вы так сильно хотите чего-то, что готовы это украсть,

Это самое дно.

Когда вы уже сыты всем этим по горло,

Потому что вам хочется кричать от злости,

Но от грусти у вас льются слезы —

Это самое дно.")

— Только попробуйте сказать мне, что это не про Германна, — говорю я. — И это тоже.

Эминем поет второй куплет, который начинается словами «Му life is full of empty promises and broken dreams»("Моя жизнь полна пустыми обещаниями и разбитыми мечтами"), а заканчивается так: «Cause all you need ts bucks to be the man» ("Потому что для того, чтобы быть мужчиной, нужны только деньги").

— Слышите? — говорю я. — «All you need is bucks to be the man» — в этом смысле с пушкинских времен ничего не изменилось. А это разве не про Германна? «I want the money, the woman, the fortune, the fame» ("Мне нужны деньги, женщина, удача, слава»). — Я нажимаю нa «Паузу» и повторяю вслед за Эминемом, чтобы подчеркнуть, что это как будто прямо о Германне написано. — Только Германн думал решить свои проблемы при помощи карт, а у героя Эминема нет ничего, кроме пистолета. Впрочем, и Германну тоже пришлось прибегнуть к помощи оружия, хотя на курок он так и не нажал. «Means I ain’t burning in hell scorching in flames» ("Значит, не гореть мне в аду, корчась в огне"). А это надо с прямо противоположным знаком понимать. то есть именно так, что ему предстоит как раз в аду гореть и в огне гееннском корчиться. Потому что ключевой момент в «Пиковой даме» — это тот, когда Германн, умоляя графиню открыть ему три карты, говорит ей, что если её секрет связан с каким-то грехом, то он готов взять его на себя. Этим он решает свою судьбу, да и судьбу Лизы, кстати, тоже.

Я опять обвожу взглядом моих онемевших от изумления учеников и включаю музыку, повернув ручку громкости до предела. Снова начинается мой любимый припев:

— That’s Rock Bottom, — уже не поет, а утверждает Эминем. — When this life makes you mad enough to kill —

That’s Rock Bottom.

When you want something bad enough to steal —

That’s Rock Bottom.

When you feel that you’ve had it up to here

cause you mad enough to scream

but you sad enough to tear —

That’s Rock Bottom.

Дослушать песню до конца мы не успеваем, потому что дверь в класс с шумом распахивается и на пороге возникает директор школы мистер Файнстайн.

— Что здесь происходит? — кричит он, пытаясь заглушить им же самим недавно приобретенные новые колонки, о которых он с такой гордостью рассказывал мне в тот день, когда показывал школу и давал советы, как обращаться с учениками. — Выключите немедленно это безобразие!