Пришлось повозиться, выезжая от мастерской. Грунтовую дорогу размыло и я буксовал, вытаскивая прицеп со второй глыбой.

Город встретил меня чистыми улицами, вымытыми стихией до блеска.

Не смотря на то, что за городом я побывал всего ничего, столица сразу же показалась огромной и оживленной.

Даже немного притормозил, въезжая на кольцевую. Везде сияли эфирные огни, мерцая среди дождя и наполняя магический фон равномерным гулом. Как же тут много магии!

— Александр Лукич… — тихо сказал призрак ординарца, материализуясь на пассажирском сидении.

Дух осторожничал, чтобы не испугать меня своим появлением. Но его я почувствовал заранее и всего лишь немного удивился. Старик так упорно прятался всё это время, что я уже начал беспокоиться.

— Арсений Яковлевич, — я приветственно кивнул, не сводя взгляда со скользкой дороги. — Всё в порядке?

— Благодарю, уже в порядке. Но увы, вынужден вас расстроить, ваше сиятельство. Боюсь, что я совершенно бесполезен вдали от города. Я так ослабел, что пришлось впасть в состояние, приближенное к своему роду спячке, иначе и не назовешь. Вот только сейчас ощутил, что могу вернуться.

— Вот как… — задумчиво протянул я.

Получается, дух был привязан не только к своему портмоне, но и к месту рождения и службы. Интересная деталь. Неудивительно, что я никогда не слышал о путешествующих призраках. Хотя, может они не все такие были.

Я услышал в его голосе виноватые нотки, поэтому заверил:

— Не волнуйтесь, Арсений Яковлевич, вы ничуть не подвели меня. И приношу свои извинения, я не знал о такой особенности вашей… жизни.

— Да я сам не знал, — с облегчением ответил дух. — Не понял сначала, почему мне становится нехорошо. Подумал из-за того, что там так пусто было… Да и эфир вытягивал этот остров проклятый. Но, когда вы избавились от того, что там было, легче не стало. Кстати, а что же там было?

Я рассказал ему про наши приключения и про приобретение деревни. Капитан-поручик искренне порадовался и с одобрением отнесся к моему решению. Подсказал несколько моментов по безопасности.

Жаль, что его нельзя было перевезти туда, бывший разведчик пригодился бы в Хийденсельге. Впрочем, у меня была нечисть, с защитой оба леших должны были справиться.

Наша беседа скрасила последнюю часть пути и вскоре я уже открывал ворота, чтобы заехать на территорию особняка.

Тут же на улицу высыпали все домашние.

Сначала через открывающуюся дверь выскочили котята и прыжками помчались ко мне по мокрой траве. За ними выбежал Прохор, держа перед собой фонарь, а над головой зонтик.

— Кудыть, охламоны! Намокните ж! — крикнул он вслед питомцам и попытался догнать их.

Следом появился дед и Гордей, при этом мальчишка тоже держал зонтик, вытягивая руку вверх изо всех сил. Патриарх пригибался и делал вид, что ему так неимоверно удобно.

Рядом приземлился ангел и распахнул крылья, укрывая котят, которые уже успели забраться в прицеп.

Оттуда сразу же донесся хруст. Кутлу-кеди без приглашения принялись за угощение. Под брезентом появились стихийный вспышки. Новые питомцы были довольны.

Появился и дух предка, обеспокоенно взглянул на меня и поежился, словно вода с небес причиняла ему какие-то неприятные ощущения. Человеческие привычки в первом графе Вознесенском были неистребимы. Но мне это нравилось.

Я со всеми тепло поздоровался и отмахнулся от второго зонтика, принесенного слугой. Уже успел промокнуть, да и теплые струи воды были приятны, они смывали грязь и усталость.

Но первым делом я конечно же отправился в душ. Хорошо бы было набрать горяченную ванну и погрузиться туда на долгое время. Но я понимал, что домашние ждут новостей и как можно больше подробностей.

А мне было что им поведать.

Поэтому я довольствовался душем, хорошенько распарился и с наслаждением переоделся в чистую домашнюю одежду.

В столовой меня ждал праздничный стол. По поводу моего возвращения из закромов достали, кажется, все возможные лакомства. И вначале состоялся ужин, так как все ждали меня, а я сильно задержался в мастерской.

И только после, за чаепитием, я сообщил самую главную весть — что купил деревню.

— Ух ты! — первым отреагировал Гордей, по обыкновению восторженно распахнув глаза, и тут же начал меня закидывать вопросами: — А она большая? А там коровы есть? А молоко у них правда не такое, как в городе? А в лесу медведи водятся?

Я рассмеялся, а Лука Иванович поучительно, но без укора, произнес:

— Гордей Васильевич, вопросы…

— Ой, простите, ваше сиятельство, — мальчишка задорно улыбнулся. — Ну интересно же.