— Потому что бегство спасло бы нас только на один день. Завтра враг все равно не оставит нас в покое, а место сражения, возможно, будет благоприятнее для него, чем для нас. Поэтому бой мы примем здесь.

— И здесь умрем, — пробурчал расстроенный Рабалин.

— Да, возможно. Вот почему ты ни в коем случае не должен вылезать из укрытия. Понял?

— Да.

— Ну и хорошо.

— Друсс… хорошо себя чувствует?

— С ним что-то не так, — глядя в сторону, признался брат Лантерн, — но мне сейчас некогда этим заниматься. Надиры вот-вот будут здесь, а я должен выехать им навстречу.

— Я думал, ты будешь ждать здесь, вместе с Друссом.

— Я вернусь. Постарайся не пристрелить меня, когда поскачу обратно.

Брат Лантерн спрыгнул вниз. Там уже стояла Гарианна с арбалетом на поясе и надирским луком в руках.

— Хорошенько прикрывай своего дядюшку, — велел ей брат Лантерн. Чуть позже он проехал мимо них на коне.

Начинало светать.

Скилганнон миновал укрытие, где сидели братья и Диагорас.

— Эй, Скилганнон! — окликнул его Ниан. — Мы тут! Джаред велел ему замолчать. Скилганнон рассердился было, но тут же усмехнулся, чувствуя горький юмор их положения. Диагорас прав. Половина их войска — сумасшедшая, дурачок и перепуганный малец. Есть еще Друсс, старый и недомогающий. Боги, должно быть, хохочут вовсю.

Он остановил коня на широком участке дороги. На повороте далеко внизу показались надиры — всего девятнадцать. Уже легче. Раненые, видимо, пострадали сильнее, чем он полагал.

Скилганнон снял с седла трофейный надирский лук. Он не надеялся, что попадет с такого расстояния, просто хотел дать им знать о себе. Стрела упала на дорогу перед головным всадником. Надир натянул поводья и посмотрел вверх. Скилганнон пустил вторую стрелу, столь же безрезультатно и крикнул:

— С добрым утром, детки. — Несколько надиров выстрелили в его сторону, но тоже, разумеется, не попали. — Чтобы стрелять метко, надо подъехать поближе, — прокричал Скилганнон. — Вперед! — Еще одна его стрела вонзилась кому-то в руку, и надиры, подгоняя коней, помчались вверх по дороге.

Скилганнон ждал спокойно, приготовив очередную стрелу. Он уже привык к надирскому луку — тот бил сильнее, чем можно было подумать. Как только надиры показались из-за поворота, он выстрелил в передового. Всадник попытался свернуть, но только поднял коня на дыбы, и тот упал, сраженный стрелой в шею.

Скилганнон повернул своего коня и поскакал обратно, преследуемый надирами. Мимо свистели стрелы. Впереди виднелся Друсс с топором. Гарианна вышла на дорогу и выстрелила по надирам из лука — раз, другой. Поравнявшись с Друссом, Скилганнон соскочил и хлопнул коня по крупу, послав его вверх по дороге. С мечами в обеих руках он ринулся навстречу всадникам. Стрела оцарапала ему шею. Друсс с боевым кличем рубанул одного надира и вышиб его из седла, Скилганнон всадил другому меч в живот. Надиры, отбросив луки, схватились за клинки. Скилганнон рубил и колол направо и налево. Чей-то конь налетел на него и сбил с ног, но он сразу вскочил. Друсс рассадил топором еще кого-то. За сбившимися в кучу надирами раздались громкие крики — Диагорас и близнецы напали с тылу. Надиры попытались развернуться, но их кони пришли в неистовство, и четверо всадников свалились с обрыва. Некоторые соскакивали с коней и дрались пешими. Скилганнон убил одного ударом в горло, у другого в груди внезапно выросла стрела. Трое конных наседали на Друсса. Старый воин внезапно пошатнулся, упал на колени, и надиры пронеслись мимо него к Гарианне.

Одного она подстрелила, другой, спрыгнув с коня, повалил ее, н они стали бороться. Скилганнон не мог прийти к ней на помощь — он сам едва успевал отбиваться. Отступая под натиском двух надиров, он вдруг резко прыгнул вперед и раскроил Мечом Дня грудь одному, отразив одновременно Мечом Ночи удар другого. Первый упал, хватаясь за сразивший его меч и пытаясь увлечь за собой Скилганнона. Скилганнон отпустил рукоять, отбил новую атаку второго и прикончил его ответным ударом в горло. Друсс тем временем, поднявшись, ковылял к Гарианне.

Скилганнон убил еще одного и побежал вслед за Друссом. На дороге лежали Гарианна, Рабалин в окровавленном камзоле н трое мертвых надиров.

Скилганнон выругался и снова бросился в бой, но биться уже было не с кем.

Диагорас и близнецы шли к нему мимо вражеских тел. Из рассеченного лба Диагораса текла кровь, Джаред был ранен в руку, Ниан остался цел.

Друсс — бледный, с запавшими глазами — стоял на коленях около мальчика.

— Не поспел, — дыша через силу, выговорил он.

Скилганнон занялся Гарианиой. На виске у нее вздулась шишка, но пульс бился ровно. Рабалин получил колющий удар в грудь. Скилганнон раскрыл его камзол и увидел глубокую рану, из которой пузырями выходила кровь.

— Легкое задето, — сказал Диагорас. — Надо перенести его в тень.

Он и Джаред подняли мальчика. Ниан тем временем гладил Гарианну по щекам и звал по имени.

— Она спит? — спросил он.

— Да, — ответил Скилганнон. — Неси ее в пещеру, там мы ее разбудим.

Но Ниан, видя, что его брат уходит, закричал в панике:

— Подожди! — Он бросился вдогонку и ухватился за кушак Джареда, а Скилганнон спросил сидящего у обочины Друсса:

— Что с тобой?

— Грудь больно… словно бык на нее навалился. Ничего. Отдохну малость, и все пройдет.

— Левая рука тоже болит?

— Немеет как будто. Теперь-то уже полегче. Дай мне пару часов.

Скилганнон взял Гарианну на руки и отнес в неглубокую пещерку. Диагорас, так и не перевязав собственную рану на лбу, хлопотал около Рабалина. Джаред поддерживал мальчика в сидячем положении. Тот не приходил в сознание, и лицо у него было пепельно-серым.

Скилганнон вышел, чтобы вытащить Меч Дня из груди мертвого надира. Несколько надирских лошадок так и остались стоять на дороге, две из них с поклажей. Скилганнон приблизился, тихонько приговаривая ласковые слова, чтобы не спугнуть их. В одной из седельных сумок отыскалась серебряная фляжка. Скилганнон понюхал содержимое, отпил глоток и вручил флягу Друссу.