Мы обошли Дом генерал-губернатора и вышли во внутренний двор Кёнбока. Там зеленели трава и деревья, цвели цветы. Перед нами стояло несколько зданий: одни были старинные, другие еще только восстанавливались. Черепичные крыши изящно изгибались вверх, словно крылья огромных цапель, взлетающих в небо. Дорожки и дворы были вымощены камнем. За территорией дворца, словно гигантский страж, поднималась гора Пукхансан. Я посмотрела на самое важное место в Корее и почувствовала, как меня наполняет небывалый покой. Здесь обитал дух моих предков. Здесь я понимала, что значит быть кореянкой.

— Мама, зачем ты меня сюда привезла? — спросила Су Бо, пока мы шли по двору.

— Хотела, чтобы ты посмотрела на это место, — ответила я. — Пятьсот лет здесь жила династия Чосон.

— Я знаю. Это здесь японцы убили императрицу Мёнсон.

— Восьмого октября 1895 года, — добавила я и попросила: — Скажи мне, если устанешь.

— Пока все хорошо.

Мы медленно шли мимо павильона, вдоль которого тянулась длинная терраса. Вокруг нас туристы фотографировали друг друга и в восхищении глазели на яркие здания.

Наконец я произнесла:

— Я хотела с тобой кое о чем поговорить.

— Да? О чем?

— Тебе нельзя делать аборт.

— Но врач же сказал, что я могу умереть при родах.

— Знаю. — Я обвела жестом территорию комплекса. — Посмотри. Раньше здесь было гораздо больше зданий. Сотни. Я видела фотографии и карту прежнего Кёнбока. Здесь стояли великолепные дворцы, служившие императору, императрице и королевскому семейству. Говорят, другого подобного места не было во всей Корее.

— Сотни зданий? — воскликнула Су Бо. — Не могу себе представить, как это выглядело. Что с ними случилось?

— Японцы во время оккупации уничтожили почти все дворцы, оставив только десять. Поговаривают, что их все отстроят. Еще хотят снести Дом генерал-губернатора и восстановить ворота Кванхвамун. Надеюсь, так и случится.

— Но при чем тут мой аборт?

Я подняла взгляд к горе Пукхансан, и мы пошли дальше.

— Помнишь гребень с двухголовым драконом? — спросила я.

— Да, конечно.

— А помнишь историю, которую я тебе рассказывала?

— Да. Про богатую аристократку, которая отослала свою дочь на ферму и дала ей гребень.

Я взяла Су Бо за руку.

— Пойдем. Я хочу тебе кое-что показать.

Мы подошли к комплексу зданий, главным среди которых была высокая пагода с пятью ярусами крыш, поднимавшихся ввысь, словно ветви огромной сосны. Мы вошли внутрь одного из дворцов. Здесь располагался Национальный музей Кореи. В его залах стояли стеклянные витрины с экспонатами, а на стенах висели образцы народного искусства. Возле каждого экспоната имелась табличка с кратким описанием его истории.

— Я езжу сюда по вторникам, — сказала я. — Вход бесплатный, и можно ходить и смотреть сколько хочешь. Кое-какие предметы здесь напоминают мне о детстве.

Я повела Су Бо по коридору, где были выставлены сокровища и оружие Кореи. Мы остановились возле витрины, в которой лежал меч с ножнами, украшенными тщательно проработанной гравировкой и золотой кромкой по краю.

— Видишь этот меч? — сказала я. — Посмотри на гравировку.

Су Бо принялась рассматривать ножны.

— Ой, тут такой же дракон, как на твоем гребне!

Я кивнула.

— Все верно. Прочитай, что написано на табличке. Вслух.

Су Бо наклонилась поближе и прочитала: «В 1967 году этот меч обнаружили в стене дома, когда-то принадлежавшего богатому торговцу. Историки считают, что двухголовый дракон, у которого одна голова смотрит на восток, а другая на запад, защищает Корею и тех, кто служит стране. Некоторые полагают, что символическое значение двухголового дракона придумала императрица Мёнсон, хотя доказательств тому нет. Во время оккупации Кореи японцы уничтожали все предметы с двухголовым драконом, которые удавалось найти. Этот меч — единственный известный сохранившийся предмет с таким символом».

Су Бо отошла от витрины.

— Мама, что это значит?

— Еще до твоего рождения твой отец объяснил мне, что означает этот дракон. Я не знала, правда ли это, но много лет хранила гребень. Увидев ножны, я поняла, что твой отец был прав. — Я указала на меч. — И еще вот на что обрати внимание. Сколько пальцев на лапах у дракона?

Су Бо наклонилась ближе к витрине.

— Четыре. У него по четыре пальца на лапах.

— Правильно. — Я пригладила ей волосы и кивнула в сторону выхода: — Пойдем. У тебя усталый вид. Поищем, где можно посидеть.