Открыв книжку, Варвара Константиновна быстро пробежалась по тексту. Расписанный в мельчайших деталях ритуал не казался сложным, хотя это было обманчиво. Одних только ингредиентов требовалось очень много, и их нельзя было назвать дешевыми.

— Я все сделаю, — произнесла Легостаева, закрывая книжку.

Леонид Викторович кивнул, показывая, что услышал внучку, и некромантка покинула кабинет, оставив главу рода одного. Впрочем, он тоже не стал задерживаться — нужно было подергать за ниточки, чтобы убедить Службу Имперской Безопасности не трогать до поры до времени голову поляка.

Деловой центр «Аксиом».

Василий Владимирович сел на диване и, поглаживая обнаженное бедро тяжело дышащей помощницы, усмехнулся.

Путешествие в Европу, допросы и поиски, добыча головы поляка — все это было прекрасно. Окунев будто бы снова нырнул в прошлое, когда был моложе и задорнее. Реальная опасность щекотала нервы и разгоняла давно закисшую кровь, адреналин плескался в ушах.

Да, когда война закончилась, Василий Владимирович вернулся к делам рода и занялся тем, чему когда-то учился — архитектурой. И если первые годы все шло замечательно, ему было интересно, то позднее с каждым годом жизнь становилась преснее. Заседания совета директоров — это вовсе не то же самое, что проникновение на вражескую территорию, исполнение задания и незаметный отход.

Пожалуй, стоило бы поблагодарить Морова за то, что дал повод оторваться от серых тоскливых будней. Даже лежащая рядом Леночка, смотрящая в никуда после пылкой и яростной страсти своего начальника, тому доказательство.

Когда Василий Владимирович вообще смотрел на женщин с интересом? А тут только вернулся со встречи и просто не удержался. Точнее, не так, в голове Окунева даже мысли не возникло, что ему надо сдерживаться от того, чтобы не схватить верную помощницу за обтянутый строгой юбкой зад и затащить ее на руках в свой кабинет.

— Это было, — произнесла она, еще не в силах вернуть контроль над собственным телом после пережитого удовольствия, — замечательно… Как будто и не было этих лет.

— Да, — подтвердил Василий Владимирович, шлепнув ее по ягодице, хотя имел в виду совершенно другое. — Как в старые добрые времена.

Еще немного посидев, он поднялся с дивана и, подхватив свою одежду магией, принялся облачаться.

Иван Владимирович оказался интересным малым. Пять узлов в его возрасте, сила по плотности в резерве ничуть не уступала Окуневу. Но Василий Владимирович этого добивался десятилетиями упорных практик, а Морову, похоже, досталось легко.

Сколько ему сейчас? Девятнадцать?

Если бы Василий Владимирович обладал такой силой в этом возрасте, Войцех Шкипка не дожил бы до своих лет. Да и многие другие, кому удалось пережить участие в конфликте…

Однозначно решение вмешаться было лучшим за последние несколько лет. Теперь оставалось правильно себя повести, чтобы не спугнуть парня, и можно будет найти еще что-то, что будет так же будоражить кровь, как и эта поездка в Польшу.

Предприятие дворянского рода Солнцевых. Иван Владимирович Моров.

Венедикт Кириллович устроил мне экскурсию по будущему производству артефактов. Мы почти час бродили из помещения в помещение, разглядывая оборудование и выслушивая пояснения нанятых моими родственниками сотрудников.

Технически все было готово для того, чтобы начать штамповать простейшие артефакты. Изготовленные по моим эскизам заготовки заняли свои места в станках. Глава рода Солнцевых дал отмашку, и оборудование пришло в движение.

Шумная работа аппаратуры, нарезающая на металлических пластинах нужные элементы, брызги искр и стружка. Легкий дымок от сваривающегося в единый корпус изделия.

— Этот день войдет в историю, — восторженно глядя на то, как в ящик падает первый сборный артефакт с зачарованием света, произнес Венедикт Кириллович.

Стоящий рядом с ящиком чародей из числа нанятых и едва наскребший силы в резерве на тройку печатей, пустил каплю магии в артефакт. Металлический светильник, представляющий из себя полусферу, вспыхнул, озаряя светом темную униформу наемного мага.

После чего передал изделие мне. Я покрутил получившийся светильник в руках, оценивая результат. Интересно получилось — сам носитель так себе качеством, но ведь нам и не нужны эксклюзивные вещи, а только массовый недорогой продукт. Подобный светильник вполне способен прослужить лет десять, если его не ломать.

— Возможно, — кивнул я в ответ на слова Венедикта Кирилловича.

И со всей силы приложил светильник об стену. Артефакт погас и отскочил от бетонного препятствия мне обратно в руки. Под удивленным взглядом мага я повторно осмотрел изделие.

— Иван Владимирович, — с неодобрением покачал головой глава рода Солнцевых. — Это же первый экземпляр! Его нужно было вешать под стекло в музей, а не проверять на прочность.

Я усмехнулся в ответ. И пальцами выправил получившуюся на светильнике вмятину.