К сожалению, такие действия в футболе при «стандартах» обычное явление. Арбитр встречи со своими помощниками просто физически не может уследить за всеми игроками. Ведь систему видеопомощи арбитрам, которая будет позволять главному судье матча принимать правильные решения или менять неправильные по отдельным моментам, ещё в правила ФИФА не ввели. Вот поэтому, игроки защищающейся команды постоянно и обнимают, и цепляют, и держат за майки своих противников. Жаловаться мексиканцу и предъявлять доказательства захвата бессмысленно, поэтому вернулся на свою позицию. Но если снаружи я был якобы спокоен, то внутри меня бушевал ураган.

Не видишь захвата? Ничего, зато за мной сейчас по телевизорам наблюдают миллионы. Поворачиваюсь к камере, просовываю ладонь в дырку на правой стороне майки, шевелю пальцами, демонстративно пожимаю плечами и изображаю, будто я застёгиваю свой рот на замок. Посмотрим, на чьей стороне будет общественное мнение,

Следующие пятнадцать минут мы безуспешно пытаемся взломать оборону соперника, но нам не хватает последнего паса или точности при ударах по воротам. Как же тяжело играть против команды, игроки которой осели у себя в штрафной и думают только о защите своих ворот. Моя «морозовская» часть аж выла от беспомощности.

К концу тайма украинцы наконец-то осмелели и начали хоть и осторожно, но всё-таки переходить на нашу половину поля. И даже пытались создавать позиционные атаки, одна из которых закончилась назначением штрафного удара за фол против Шевченко. Лёше Березуцкому ничего другого не оставалось, как «скосить» будущего нападающего «Челси». Иначе, у наших ворот был бы очень опасный момент. Мексиканец в этой ситуации не пожадничал карточку и вынес Алексею, по его мнению, заслуженное предупреждение.

Максим Калиниченко подаёт в нашу штрафную. Шевченко в борьбе на «втором этаже» с Игнашевичем и Павлюченко умудряется всё-таки нанести удар в створ ворот. Мяч дзинькает об перекладину и уходит за лицевую линию. Многие болельщики на трибунах с облегчением выдохнули. А у меня отлегло от сердца. Игорёк на эмоциях начал «пихать» ребятам. Всё он делает правильно, чтобы мы не расслаблялись.

Не думал я, что этот матч будет для моей команды таким трудным. Вроде и территориальное преимущество у нас, и намного больше опасных моментов создаём, но вот чего-то не хватает для переломного момента в матче. Я даже обратил внимание, что ребята начинают немного нервничать. А уж про Сёмина лучше вообще промолчать. Я даже боялся смотреть в его сторону. Вывод тут один — срочно нужен гол, а лучше — два.

Пробегая мимо бровки, я всё-таки обратил внимание на Юрия Павловича, который, откинувшись на спинку кресла, сидел словно на отдыхе, с вытянутыми ногами, со скрещёнными на груди руками, и отстранённо наблюдал за происходящем на поле. Рядом с ним сидели его помощники и весьма эмоционально переговаривались. Только один Бородюк был на ногах. Он задумчиво и неторопливо прохаживался вдоль технической зоны, иногда посматривая на своих коллег и футболистов. Чувствую я, что в перерыве нам засунут по самые гланды.

Нам нужен ГОЛ! И срочно! И тут с нашей половины поля по левому краю начал осторожную атаку Алдонин. Жека беспрепятственно проходит середину поля и пасует Смертину. Капитан команды отдаёт передачу Аршавину, а сам продолжает двигаться дальше в сторону ворот. Андрей легко обыгрывает Тимощука и отдаёт мяч свободному Павлюченко. Я тут же открываюсь на своём фланге и получаю передачу от Романа. Делаю молниеносный рывок в штрафную соперника, куда врывается «Шава», и между украинскими защитниками отдаю ему пас. Сам же бегу в сторону ворот и получаю от Андрея ювелирный пас пяткой. До ворот было около восьми метров и я в одно касание «щёчкой» пробиваю по воротам. «Шарик» влетает под перекладину как пушечное ядро, просвистев над головою Шовковского. Гол! 1:1. Наконец-то, мы сравняли счёт в матче. Это комбинация у нас заняла не более десяти секунд. И почему мы раньше так не делали? Ведь всё так легко и просто!

Трибуны взорвались в ТАКИХ овациях, что заглушили, наверное, в радиусе километра все звуки. А я понёсся к Генриховичу, который на бровке обнимался с Сёминым. Захватил их в свои объятия и, что есть силы, закричал:

— Мужики, мы ещё повоюем!

Затем мои партнёры облепили нас со всех сторон и стали поздравлять меня с голом. Когда мы немного успокоились, я поблагодарил Аршавина за красивый и точный пас пяткой, который дезориентировал всю украинскую оборону.

До конца тайма осталась ещё пара минут, и очень хотелось закрепить наше превосходство над соперником ещё одним голом. Возле нашей штрафной Тимощук делает неточный пас своему партнёру. Мяч подхватывает Аршавин и с сумасшедшей скоростью начинает свой спринт на чужую половину поля. Ой, и молодца же Андрюха! Он за секунды достигает центра поля и, видя моё ускорение по правому флангу, делает мягкий заброс мяча за спины защитников. Меня пытается догнать Несмачный, но я с каждой секундой удаляюсь от него и он видит только мой семнадцатый номер на спине. Развиваю запредельную скорость. Секунда — врываюсь в штрафную, ещё секунда — и я перед голкипером, который несётся на меня, раскинув руки в стороны, секунда — Шовковский бросается мне в ноги, секунда — пробрасываю легонько мяч вправо, мимо голкипера, секунда — ухожу от столкновения и перепрыгиваю стража ворот. Александр в падении пытается достать меня рукой, но у него ничего не получается. Догоняю мяч и с острого угла точно бью по воротам. Дождавшись момента, когда «круглый» пересёк линию ворот, я бегу к правому угловому флажку. Метров за пять до него я падаю на колени и начинаю скользить по газону. Пока летел к флажку, левую руку положил на сгиб правой и сделал неприличный жест, громко добавив к этому — «Нате, выкусите!». Остановившись, я только сейчас заметил, что на меня была направлена телевизионная камера. Развернувшись к экрану, поднял обе руки и показал десять пальцев. Осталось ещё четыре гола и рекорд почти полувековой давности будет побит. Но додумать мне не дали сокомандники. Со всех сторон на меня стали падать радостные парни. В этой же куче-мале я увидел радостное лицо Дюши, который орал громче всех.

Когда поднимался с газона, то не мог поверить увиденному. На ближайшей трибуне с десяток российских болельщиков спустились на нижние ряды и пытались прорваться на поле. Мне запомнился один «пузанчик» с голым торсом и со свежей татуировкой танка Т-34 на левой стороне груди. Крутит майкой в воздухе, орёт «Граф!» и пытается перелезть через ограду. Она под его весом рушится, мужик падает, на него наваливаются люди из охраны, образуется куча-мала. Все ругаются, кричат. Видимо, мужики хорошо подзаправились пивом, а то ещё и чем покрепче, вот и пошли вершить подвиги во славу Графа.

Хорошо, что на этом матче было много стюардов и сотрудников службы безопасности стадиона. Именно они смогли сдержать натиск обезумевших фанатов. Ведь эта толпа земляков на эмоциях сделала бы из меня натуральную отбивную.

В оставшиеся минуты тайма украинские футболисты попытались навалиться на наши ворота и сравнять счёт, но, благодаря нашим слаженным действиям в обороне, ничего опасного они создать не сумели. Свисток мексиканского арбитра отправил нас в раздевалки. Первым ко мне подбежал Андрей Викентьевич и поинтересовался моим зубом.