— Всё нормально, Викентьевич, я в транс входил, — спокойно ответил я и на мокрое тело надел плавки. — Через сколько минут там начнётся второй тайм? Я успеваю?

Врач смотрит на наручные часы и, криво улыбаясь, отвечает:

— Четыре минуты ещё. Саш, с тобой точно всё хорошо?

— Хорошо, Андрей Викентьевич, — и по слогам повторяю — Хо-ро-шо! Я их сейчас порву на этом поле! Я готов!

Выхожу из душевой, на ходу вытирая голову, и кричу на всю раздевалку:

— Ну, что, братцы-зайцы! Готовы совершать великие дела? Кубок вам ещё нужен?! Ни хера они нас не засудят! Судилка у них ещё не отросла. Мы сюда побеждать приехали, а не уезжать вторыми.

Смотрю, ребята заулыбались. Наверное, пока я «остывал», они ТАКУЮ херню обо мне надумали, что даже врача в душевую прислали.

Вон, стоит наш «Гиппократ» возле кулера в дальнем углу, успокаивает наш тренерский штаб. Бородюк, улыбаясь, покосился на меня и отпил воду из пластикового стакана. А я ему подмигнул. После этой перезагрузки абсолютно уверен, что смогу забить британцам. И не один раз. После контрастного душа чувствую бодрость и такой неимоверный прилив энергии, что сейчас готов порвать любого соперника. Напяливаю шорты, щитки, гетры, носки. С трудом натягиваю мокрую холодную футболку, которая так и липнет к спине. Обул бутсы и, обвязав шнурками голень, завязываю дополнительные узлы. Затем, не дожидаясь команды, пошёл на выход:

— Так, мальчики-зайчики, я иду забивать голы. Вы тоже подтягивайтесь. Мне без вас на поле будет сложно, — и запеваю, — Я знаю точно невозможное — возможно… сойти с ума, влюбится так не осторожно…

Иду в подтрибунном помещении и всё пою эту дурацкую песню. До чего же она прилипчивая! В этом году Билан на Евровидение не ездил, поэтому и его альбом «Время-река» вышел не в конце июля, а в мае. Интересно, станет ли он известным в этой реальности? Господи! О чём я думаю??? Мы в финале Чемпионата Мира, а я какого-то Билана вспоминаю. Чтоб ему икалось до скончания века.

Возле бровки сталкиваюсь с Игнатьевым, который даёт указания Димке Сычёву.

— Борис Петрович, случаем, не меня меняете? — с улыбкой спрашиваю я. А то, вдруг, Юрий Павлович подумал, что меня переклинило и дал распоряжение поменять меня сразу после перерыва.

— Нет, — с удивлением протянул тренер, — Саня Кержаков не может продолжить игру.

— Всё настолько плохо? — совсем забыл, что Саньке въехали в голеностоп. А в раздевалке я этого даже не заметил, так как делал себе установку на игру.

— Хорошего там мало. А ты как, готов играть?

— Борис Петрович, закажите у наших поваров торт «Птичье молоко». Победу будем праздновать! — и не давая ошарашенному тренеру даже слова сказать, побежал на поле.

Настроение у меня отличное, словно заново родился. Ускоряясь, выбежал на середину. Остановился и стал смотреть на трибуны. Нахожу своего вдохновителя голов — Владимира Геннадьевича и, дождавшись, когда наши взгляды встретятся, показал ему два больших пальца. Полковник замахал в ответ флагом и прокричал что-то воодушевляющее, а Лена помахала мне руками и послала воздушный поцелуй. В ответ показал ей сердечко из рук. На поле начала выходить бригада арбитров, чтобы их черти драли, и игроки обеих команд. Болельщики оживились и по стадиону разнёсся приветственный гул. Это хорошо, что наши фанаты, после такого ужасного первого тайма, нас не освистали. Значит, до сих пор верят в нас и надежда завоевать заветный Кубок в их сердцах ещё не погасла.

Вторая половина матча началась для меня так, как будто и не было этого ужасного первого тайма. Выключив воспоминания, я нацелился только на голы. Мы сразу стали атаковать ворота соперника всеми силами. Но англичане далеко не дураки, счёт 2:0 их полностью устраивал, поэтому они всей командой ушли в «глухую оборону», оставив на острие атаки лишь Руни-Сруни.

На пятидесятой минуте Билялетдинов поборолся на левом фланге, выцарапал мяч у Лэмпарда и навестил на линию одиннадцатиметровой отметки. Роман Павлюченко не дотянулся до мяча, однако я полностью контролировал ситуацию. Как на пружинах оттолкнувшись от газона, завис в воздухе, как в лучшие времена Криштиану Роналду, и нанёс мощный удар головой. Аж в глазах потемнело на секунду! Вратарь соперников беззащитно отходил к воротам и отслеживал полёт мяча, даже не делая попытки совершить прыжок. Задев левую стойку, мяч влетает в сетку ворот.

Так, один голешник есть! Приземлившись на ноги, я устремляюсь в ворота, подхватываю мяч и, не замечая радость своих партнёром и рёв болельщиков, сразу бегу к центру поля. Моё лицо не выражало никаких эмоций. Да, я даже с момента забитого гола ни разу не улыбнулся. Чему тут радоваться? Вот будет счёт в нашу пользу, тогда и отпразднуем! Уйдя в свой временно созданный мир, отрешился от всего. В моём мире был только я, мяч, футбольное поле и ворота соперника. А больше мне ничего и не надо.

Установил мяч на «точку» и побежал на свою позицию. Мимо пробегает радостный Дюша, на ходу показывая мне большой палец. Сосредоточенно ответил ему небольшим кивком и стал ждать возобновления встречи. Раздаётся долгожданная трель свистка арбитра и я снова в игре. Англичане по-прежнему не рисковали покидать пределы своей половины поля. Несколько раз мы приглашали их к себе, выманивая на свою половину поля как могли, но британцы играли строго по счёту. Наконец, мне надоел такой «балет». Получив мяч на фланге, стал раз за разом прорываться к штрафной соперника. Меня толкали, зажимали в «коробочку», били по ногам, но каждый раз я поднимался и всё равно повторял свои проходы под рёв трибун. В течение десяти минут смог «посадить» на карточки Лэмпарда и Фердинанда. Я специально шёл на игроков, которые уже имели «горчичники» и добился своего — Рио Фердинанд покинул поле. Аргентинец назначил штрафной удар. До ворот примерно двадцать два метра, строго по центру. Хочешь, бей с левой ноги, а хочешь, бей с правой — мне без разницы. Вот такой я уникум.

Ребята сразу поняли, что исполнять «стандарт» буду я. Покрутил-повертел мячик и установил его на «точку» нужной мне стороной. Отошёл на три шага назад, думая, какой всё-таки ногой лучше пробить. Посмотрел на «стенку», на суетливого Робинсона, дающего Джеррарду указания. Видимо, голкипер решил прикрыть «стеночкой» правую часть ворот. Ладненько, тогда бью с левой. Глянул на табло. Ого, уже шестьдесят шестая минута идёт. Нужно торопиться. Ведь нужно ещё парочку голов организовать. Наконец-то арбитр просигнализировал о возобновлении матча. Немного смещаюсь вправо, смотрю на суетящихся в «стенке» пятерых англичан, закрываю глаза и шепчу: «С богом!». Разбег, подсекающий удар и через пару секунду слышу оглушительный рёв своих болельщиков. Сокомандники радуются, фанаты ликуют, а я иду спокойным шагом на свою позицию. Видимо, парни уже поняли, что в этом состоянии меня лучше не трогать. Причём моё странное поведение они восприняли спокойно. Правда, Дюха не удержался. Подбежал и по быстрому взъерошил мои мокрые волосы на голове.