— Хочется долго с тобой говорить и целовать тебя долго. Долго, долго. Долго, — пропела она.

— С десантниками? — переспрашиваю я.

— Ой, ты же не знаешь. Тебя в почётные десантники посвятили. К Иосифу Игоревичу в конце ноября приезжала группа из Рязанского училища, где Владимир Геннадьевич работает. У них название ещё такое интересное, как у лётчиков, — «Воздушная академия». Они «Никто, кроме нас», «Вперёд, Россия!» и «Долго» спели. Их сейчас по радио часто крутят. Эти ребята, кстати, тоже в видео «Новогодней» будут, — рассказывала Лена.

— Им бы «Крылатая пехота» лучше подошла, — на автомате отвечаю я.

Открываю бутылку воды и осторожно интересуюсь:

— А разве видео уже сняли? Я думал, что съёмками завтра займутся.

— Сашка, а ты разве моё письмо на почту не получал?

— Я вчера играл, а сегодня к тебе летел. Некогда было посмотреть, — делаю ещё один глоток. После самолёта у меня всегда горло сушит.

— Видео начали снимать через несколько дней, когда ребята вернулись из Турции. Там очень красиво получилось. Вы сначала играете в футбол, потом садитесь за стол. Тебя решили в самый конец вставить, когда куранты двенадцать бьют. Ты в костюме Деда Мороза в двери зайдёшь с хамоном.

— Так меня разве одного снимать будут?

— Ну да. Тимати вчера сняли, он запечённую индейку на блюде нёс.

Да уж… «Песня объединяет, сынок», — вспомнил я маму. Я думал, шашлык сделаем, пообщаемся, а получается, что никого из сборной и не увижу. Зато в видео будут левые десантники, Валерия и Тимати. Интересно, свиная ляжка хоть настоящей будет или муляж?

— Я сейчас сигнал включу, чтобы проехать, — прервал мои размышления водитель.

Сирену? Когда мы садились в машину, было темно. Я даже внимания не обратил, так был поглощён своей девушкой. Это милицейская машина?

По ушам ударил звук сирены, и машины впереди стали послушно расступаться. В их окнах отражался синий маячок на крыше нашего внедорожника. Проехав сложный участок дороги с пробкой, водитель отключил звуковое сопровождение.

— А куда мы спешим? Ещё же только четыре часа? Блин… Я же часы не перевёл. Это же шесть получается?

— Да, уже шесть. Ты когда в Испанию летишь, то два часа отнимаешь, а к нам — два часа прибавляешь. Чёрт, я самое главное тебе не сказала. У тебя в десять вечера прямой эфир с Познером на сорок пять минут. Они попросили, чтобы самое позднее мы туда к восьми приехали. Нужно за час-полтора в студии всё успеть.

— Стоп. Подожди. Лена, какой Познер? Мне агент ничего не говорил по этому поводу.

— Ты мою почту не открыл. Я вчера тебе всё переслала и с Олей по скайпу поговорила.

— Оля мне ничего не сказала.

— Саша, ты себе представить не можешь, что у нас здесь происходит. Хоть у вас там и тарелка, но Оля сказала, что ты телевизор практически не смотришь. Тебя, Андрея Ещенко, Мануэля Руса в геи записали.

— Чего? — У меня реально упала челюсть.

— В «Экспресс-газете» вышла статья. Её написала одна студентка, которая на последнем курсе журфака у нас учится. Она там такое насочиняла, что моей маме прямо на работе скорую вызвали из-за давления. Ей же отпуск за свой счёт дали на неделю, и я ей туристическую визу через турагентство сделала. Заплатила из тех, что мне Иосиф Игоревич за бэк-вокал заплатил. Много отдала, но быстро сделали. Она в Валенсию с ребятами из «Динамо» 26-го летит, а обратно со мной… Ну и вот, про тебя написали следующее…

Услыхал звон, да не понял, откуда он. Оказывается, я и Ману — любовники. Но я, гад такой, изменил Русу вместе с Ещенко. У бывшего случился нервный срыв, и он покинул клуб, а я устроил на тёплое место Дюху.

Чувствуется мне, что Андрей будет подкалывать меня по поводу этой брехни до конца моей жизни. А не та ли это журналистка, которая брала у меня интервью на базе в Бору? Она ещё пальцем в меня тыкала: «Ты у меня ещё пожалеешь». Это в 2019 году можно погуглить всё что угодно. А сейчас достоверную информацию найти ещё сложно. Видимо, она что-то прознала про Мануэля, вот и додумала остальное. Дурдом.

— Посольство России в Турции закидали гранатами, — продолжала Лена.

— Пару самодельных коктейлей Молотова бросили, — вмешался водитель, не отрывая глаз от дороги.

— Да какая разница, оно же всё взрывается. От этих бомб полыхнуло так, что десяток пожарных машин приехало. Одного человека даже в больницу увезли.

— Подожди, так что там с Познером?

— За интервью тебе дают пятьдесят тысяч евро. Ты их можешь обратно на ребят потратить. Они уже и лотерею провели.

— Какую лотерею? — растерялся я.

— Как какую? Выбрали одиннадцать ребят, которые поедут в следующий раз в Валенсию.

От потока новостей у меня произошла некая перегрузка системы. Пожар в посольстве, я гей, тёща едет в гости, прямой эфир с Познером, Лена у Валерии бэк-вокалисткой пристроилась.

— Подъезжаем. Пока не выходите. Сделаю звонок и проверю периметр.

Непростой у нас водитель, очень непростой. Через минуту дверь открыли, и меня буквально передали на руки Пригожину.

— Герой ты наш! Приехал! Ну, здравствуй, Саша! Как там Испания поживает?