– Нет, принцесса, мы просто разговариваем, – поспешил успокоить Машу супруг, не преминув добавить едкое: – Но с твоей мамой это дело бесполезное.

– Я не понимаю, ты чего добиваешься? – возмутилась я. Самоконтроль уже не просто трещал по швам, его сносило волной презрения, которая шла от мужа. – Мало того, что неизвестно чем занимался, так теперь еще и ведешь себя…

– А может я впервые в жизни провел время именно так, как хотел, – парировал он уверенно, в отличии от меня, прекрасно держа себя в руках.

Но это лишь сильнее распаляло меня. Метнула в сторону него преисполненный гнева взгляд.

– Папа, вы ругаетесь! – чутко улавливая перемену в нашем общении, воскликнула дочь.

– Нет, Маша. Мы не ругаемся, – вздохнув, бросила резче, чем хотела, дочери и тут же отвернулась к окну.

Атмосфера в салоне накалилась до предела. Между нами буквально искры летали, так много скопилось внутри претензий и обвинений. Но мы не могли поговорить открыто. Не при ребенке. Так как разговор этот точно был бы на повышенных тонах и не для детских ушей.

Я мысленно подгоняла авто, желая поскорее оказаться дома и уже напрямую все выяснить с мужем.

Демьян отвлекся на Машин стих. А я осознала, что вторая беременность его вряд ли обрадует. И как мне теперь самой быть после всего случившегося? Стерпеть его предательство и ту лавину позора, которое оно породило, точно не смогла бы. И не собиралась. Предавший раз, сделает это вновь. Да и Демьян явно не испытывал мук совести по данному поводу, ведя себя нагло и вызывающе.

Тем временем мы подъехали к нашему дому. Наблюдала, как отъезжают в сторону ворота, слыша, что телефон мой опять завибрировал.

На этот раз звонил неизвестный номер. И пока муж загонял машину в гараж, вышла на улицу и приняла вызов.

– Да?

– Елизавета Королева? – воодушевленно поинтересовались женским голосом.

– Да, – подтвердила с сомнением.

– Я редактор программы “Все говорят”, мы хотели бы взять у вас эксклюзивное интервью по поводу измены вашего мужа. Желательно с подробным описание того, что происходило на видео. А еще лучше с комментариями от ваших близких и знакомых…

Смотрела на телефон в своей руке, словно на змею. То чего я не хотела и опасалась, начало раскручиваться подобно маховику. И я прекрасно понимала, что это ещё цветочки. Пока что.

– Не будет никаких интервью, – перебила я воодушевленную девицу, сбрасывая вызов.

Как же хотелось вытрясти из Демьяна всю душу, а лучше ударить чем-то тяжелым. Как он мог? Так подставить нас. Поступить отвратительно со мной и дочерью. Растоптать нашу любовь…

– Ты на улице останешься? – вырвал меня из негодующих мыслей окрик мужа.

Машенька уже убежала в дом, и он крутил со скучающим видом ключи от машины в руках. На улице мы находились одни, поэтому это был прекрасный момент наконец-то поговорить по душам. Уверенной походкой двинулась к нему, буквально испепеляя взглядом. Очень сдерживая себя, чтобы не огреть его сумкой.

– Ты сволочь, Королёв! – прошипела не хуже разъяренной кошки. – Долго собираешься делать вид, что ничего не произошло?

– А что-то произошло? – внимательным взглядом обведя мой грозный облик, выдал он высокомерно.

– Нет, блин, ничего! – во мне буквально клокотала ярость, а голос срывался на крик. – Ты всего-то изменил мне. Не смотрел новости еще? А зря. Твоя довольная рожа в компании двух девиц уже облетела весь интернет.

– Популярность имеет свои минусы, тут ничего не попишешь, – пожал он равнодушно плечами.

– Какие? Не дает шляться по блядям без свидетелей? – возмутилась на его реплику.

Он усмехнулся и покачал головой, будто был крайне неприятно удивлён чем-то. Моим гневом? Тем, что я впервые за долгие годы нашего мирного брака нахожусь в состоянии, близком к истерике? Просто прекрасно!

– А я и не прятался, Лиз. Знал, что там камеры, – припечатал он, делая мне еще больнее.

Я не узнавала того подонка, который сейчас стоял передо мной. Это был не мой Демьян. И, по всей видимости, уже давно. Но из-за его частых отъездов, заметила я это слишком поздно.

– Прежде чем бросаться подобными словами, посмотрела бы на ситуацию шире, – продолжил он со злой насмешкой. – Никто не виноват в том, что одна ты слепая дура.

– Так ты это демонстративно сделал? Оригинальный способ сообщить рогатой жене о своей измене. Прилюдно унизив… – на глазах навернулись слезы, а сердце буквально разрывалось в груди. Столько боли и отчаянья я еще никогда не испытывала.