Шрифт:
– Нет. Все в порядке.
Повисло неловкое молчание. Мне нужно было идти домой, ему — по своим делам, но мы оба медлили. Стояли посреди улицы, будто не желая расставаться.
– Ты решишь, что я, как минимум, странный, но… Давай провожу тебя?
И я, не раздумывая, кивнула в ответ.
Пока шли до моего дома, мы разговорились с Демьяном и быстро нашли общий язык. Рядом с ним было весело, интересно, а еще как-то очень волнительно. В душе словно все замирало от его взгляда. А стоило ему заговорить, как в животе появлялось странное ощущение вакуума. С моего лица не сходила глупая улыбка.
С этого дня мы не могли расстаться надолго. Демьян всегда встречал меня после института, а затем бежал на тренировку.
Он оказался страстным хоккеистом, чьи мечты выходили за пределы возможностей скромного провинциального города. Когда он говорил о своем желании играть в НХЛ, в его глазах было такая непоколебимая решимость, что я не могла не поверить в эти слова. В Демьяна.
Мы встречались снова и снова. И с каждой встречей я все больше влюблялась в его ум, очаровательную улыбку и неукротимый дух. Демьян собрал в себе все то, чего я когда-либо желала видеть в мужчине своих грёз. Нет, куда больше!
И даже сейчас, сидя на трибунах и наблюдая за его игрой, непоколебимо верила, что однажды он добьется своей мечты.
В момент, когда Демьян наконец забил победный гол, взорвав толпу радостными криками, мне стало ясно, что я всегда буду не только болельщицей этой хоккейной команды, но и самой большой поклонницей их капитана. Всегда буду рядом. Поддерживая и помогая идти к своей цели.
Матч закончился, и игроки обеих команд пожали друг другу руки, демонстрируя спортивное уважение.
Затем все внимание переключилось на моего Демьяна. Он поднял руки в воздух, его лицо сияло от гордости и радости. Толпа взревела еще громче, и я не могла сдержать счастливой улыбки.
Мой герой и чемпион, в этот момент он стоял передо мной, такой сияющий и такой… непобедимый.
Преисполненная столь одухотворенными мыслями, не заметила, как Демьян подкатился к бортику и попросил микрофон. Рев толпы моментально затих, приготовившись слушать главную звезду сегодняшнего вечера. Я же притаилась, чувствуя, что он собирается сделать что-то особенное. Что-то, что изменит нашу жизнь навсегда.
– Ну, что, мы порвали их!
Одобрительный свист и выкрики поддержки прокатились по трибунам.
– Спасибо вам, – Демьян снял свой шлем и отбросил его на лед, а после нашел меня взглядом. – Лиза, – проговорил он с не присущим ему волнением, – ты и так знаешь, что я тебя люблю. Что ты моя поддержка, душа и смысл жизни. Короче… Чувствую себя полным придурком. Но, думаю, любая девушка мечтает о красивом предложении. Лиза, ты выйдешь за меня?
Откуда из-за пазухи он достал бархатную коробочку, вызывая у меня приступ удивления. С ума сойти, он всю игру думал о том, чтобы это сделать? Да какая сейчас разница!
Толпа вокруг нас разразилась аплодисментами и одобрительными свистами.
А после все замерли как по команде и на меня уставились сотни глаз, в ожидании ответа. Набрав в легкие побольше воздуха, громко и радостно крикнула:
– Да!
По моим щекам побежали слезы радости. Мой любимый, первый и единственный мужчина, поднялся ко мне и надел мне на палец изящное кольцо.
Глава 6
Сейчас
В доме было на удивление тихо. Маша, по всей видимости, уже ушла в свою комнату.
Сняв верхнюю одежду, я побрела в сторону кухни. Хотелось выпить воды. Так как из-за слов Демьяна в горле стоял горький ком, а еще меня начало подташнивать. Возможно, тоже от мужа…
В просторной кухне, спиной ко мне стояла наша помощница по дому, Анна Егоровна. Облокотившись на остров, она что-то увлеченно смотрела в своем телефоне, тихо приговаривая:
– Вот же кобель…
Женщина так была увлечена своим телефоном, что даже не услышала моего приближения. А вот я очень хорошо, через ее плечо, увидела причину возмущения помощницы. Это было то самое видео, на котором Демьян “отдыхал”.
Кровь моментально прилила к моим щекам. Меня окатило волной стыда и злости.
– Анна Егоровна, – проговорила холодно, – Маша поужинала?
– Ох, Елизавета Петровна, вы как так тихо зашли? Испугали, – всплеснув руками и чуть не уронив на пол смартфон, произнесла она в волнении. – Да, Машенька перекусила. Пять равиоли съела и стакан молока выпила.
– Хорошо. Я ужинать не буду. А Демьян Дмитриевич… спросите у него сами.
– Я поняла вас… Как вы? Держитесь?
Я растерялась. Она смотрела не с осуждением, а с сочувствием и искренне переживала. Я никогда не придерживалась строгих отношений с персоналом, и мы сблизились с женщиной. Часто попили с ней чай, разговаривая о ее семье или каких-то наших проблемах. Но я всегда считала, что делала она это из уважения. Сейчас же понимала, что была действительно ей небезразлична. И она сразу дала понять, на чьей стороне.