Сегодня как-то не до этого было.

Ну и ладно. Не в любимом шампуне счастье.

Главное, что дети смеются, довольные, что сердце, хоть немного, но перестает болеть.

Умывшись, заворачиваюсь в большое банное полотенце, и сушу волосы феном. В ванную комнату, постучав, заходит мама. В руках пакет с бантиком.

— Держи, это тебе.

Выключаю фен, опустив его на раковину. Увидела лейбл на пакете и заглядываю внутрь.

— Мам, ну ты чего! — ахаю. — Не надо было. Это же дорого…

— Я знаю, ты давно такой хотела. Помнишь, говорила?

— Да?

— Ага, говорила. Вот и пригодилась моя премия.

— Но дорого же, ма… — вытираю слезинки.

— Зато красиво. Ну, что я, кому эти премии получаю? Если на своих любимых не тратить, то и деньги не зачем зарабатывать.

Обнимаю ее с теплотой, целую. От нее пахнет теплом и уютом, всем самым хорошим. Сейчас она — мой лучик света, поддержка, так необходимая мне.

— Все, переодевайся. Твои разбойники скоро будут брать штурмом ванную комнату.

— Да-да, — вытираю слезинки. — Я почти закончила.

Высушив волосы, я достаю из пакет комплект для дома. Атласные брюки, топ и тонкий короткий халатик. Я ведь на самом деле хотела и даже у Глеба просила купить, но он сначала забыл название, потом не было того самого оттенка цвета розовое шампанское, а потом… Даже не знаю, как-то не до того стало. Последний месяц-полтора у нас выдались тяжелыми: мелкие неурядицы, болезнь свекра, Глеб отдалился…

Наверное, отдалился, потому что со своей шлюхой получал все необходимое. Она так сексуально одевается… Интересно, Глеб на нее много денег тратит?

Стараюсь выкинуть эти мысли из головы, быстро переодеваюсь и просто пытаюсь сконцентрироваться на том, как мне сейчас спокойно без всех этих передряг и несчастий. Я хочу забыться. Хотя бы на один день.

И темноволосая девушка немного за тридцать, в красивом костюме, которую я вижу в отражении зеркала, со мной согласна. Она улыбается мне немного грустно, в глазах еще дрожат слезинки, но… улыбается.

— Я справлюсь, — обещаю себе вполголоса. — Мне есть для кого стараться. Я не одна… Все получится.

***

Переодевшись в плавки, детишки отправляются купаться под присмотром мамы. Просвежив воздух во всей квартире, проверяю содержимое холодильника. Подумываю над тем, чем порадовать детишек, и заказываю доставку продуктов.

Пока собирают мой заказ, с предвкушением достаю керамический заварник, ароматный чай с дыней, который дарила маме, и завариваю его. В вазочке на столе лежат конфетки — шоколадный трюфель.

Глоток ароматного чая в прикуску с конфетой, приятные звуки фоном — дети радуются, забыв о невзгодах.

Расслабляюсь… Как хорошо. Впервые за эти дни сбрасываю тяжкий груз и просто наслаждаюсь.

Когда звонят в дверь, иду открывать не раздумывая: посчитав, что это доставка еды.

Но за дверью оказывается совсем не курьер с продуктами, а Глеб.

Муж разглядывает меня с головы до ног и обратно.

Я еще не надела бюстгальтер. И судя по взгляду мужа, направленному на мою грудь, он это отметил.

Заметил даже под тонким халатиком.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю.

— Привез твою сумку, — протягивает. — Тут, кажется, нужное. Ты без нее никуда.

Надо же, он заметил? Откуда во мне столько яда и негодования… Но я очень возмущена тому, как Глеб проявляет себя, как делает вид, словно ничего не произошло и пытается… проявить заботу?

Не поздновато ли ты спохватился?!

— А ты… — снова сканирует меня взглядом. — Не помню на тебе такого… белья.

— Мама подарила. Это, кстати, то самое, что я просила тебя мне подарить.

— Да?

— Да. Как видишь, больше не нужно.

Наш разговор прерывает появление курьера. Я благодарю парня улыбкой, забрав пакет. Глеб стоит немного в стороне и спрашивает сразу же, как только симпатичный парень направился к лифту.

— И давно ты курьеров в таком виде выходишь встречать? Он же на тебя пялился! На сиськи твои пялился. Прикрой немедленно!

Она

— Прикрой сиськи? Забавно, что ты то же самое не сказал своей шалаве, когда она прикатила свои шары для боулинга в дом, где стоял гроб твоего отца, — шепчу тихим голосом, чтобы не кричать.