Мне нужно было проползти всего несколько метров, чтобы вцепиться в ботинок часового. А там уже дернуть этот ботинок на себя, и… Не станет же он стрелять по несчастной больной женщине?

— Оставайтесь на месте! — повторил инженер. — Оставайтесь на месте, или я буду стрелять!

Мне показалось по тону его голоса, по выражению лица, что непременно будет. Черт! (Более приличных слов в голову не лезло). Мой тонкий психологический расчет не оправдался. Надо было придумывать что-то другое, причем прямо сейчас. Ведь дуло пистолета так и смотрело на меня, да и сам инженер не отводил глаз…

В этот момент капитанская каюта за спиной инженера бесшумно отворилась, и оттуда выглянул капитан Бергхорн. Босиком, без кителя, в одной белой рубашке и штанах с подтяжками, он держал в руке окованную медью подзорную трубу. Мы встретились взглядами.

Инженер заметил, что я смотрю на что-то за его спиной.

— Еще один трюк, — пробормотал он сквозь зубы и начал опускать пистолет, но не так, будто не хотел больше его использовать, а так, будто прицеливался по мне.

Но выстрелить он не успел: окованная медью труба обрушилась на его затылок.

Глаза инженера закатились, он рухнул на пол. Сознания, кажется, не потерял, но это не имело значения: пистолет выпал из ослабевших пальцев, и капитан Бергхорн отпихнул его ногой по полу.

— Мадам! — обратился он ко мне. — С вами все хорошо?

— Да-да! — я начала вставать, но тут поняла, что это не так-то просто, как мне казалось. К счастью, Орехов показался из укрытия и пришел мне на помощь. — Все прекрасно! Как вы выбрались? Отмычка?

— У меня был запасной ключ, — пожал плечами Бергхорн. — Эти идиоты обыскали каюту, прежде чем запереть меня, но искали только оружие. Когда я услышал крики, я понял, что момент подходящий. А вы… постойте, вы ведь тот местный богатей, который хотел вложиться в фирму? Что вы тут делаете? — это он говорил, глядя на Орехова. — Заподозрили, что ваши будущие партнеры что-то скрывают?

— Так и есть, — кивнул Орехов. — Как вы имеете дело с мятежом на борту, так и мы имеем дело с мятежом в городе.

— Какое, однако, совпадение, — проговорил Бергхорн своим спокойным вежливым голосом, совершенно не похожим на голос, который, по моему представлению, следовало бы иметь капитану дирижабля. — Полагаю, в таком случае, вы не откажетесь протянуть мне руку помощи?

— Только если вы поможете нам, — проговорил Орехов с той же изысканной вежливостью.

По словам капитана Бергхорна, мятеж на дирижабле возглавлял старший помощник Найджел Клеменс. Причем, скорее всего, он получал указания как минимум от одного из учредителей компании — так на свой заграничный лад Бергхорн называл кумпанство «Ния хоризонтер». Иначе, мол, Клеменс ни за что не рискнул бы своим шансом на продвижение, слишком уж он был честолюбив по своей природе.

Благодаря связям Найджела в верхах ему удалось убедить пойти за собой почти весь остальной экипаж. Нескольких человек, которые ему не подчинились, заперли в курительной комнате.

— Если освободим их, сможем захватить рубку, — так Бергхорн закончил свой рассказ.

— Но самое главное для нас — вовсе не рубка, — возразила я. — Самое главное для нас — демонтировать арку. Где она установлена, в столовой?

Бергхорн не знал. Когда арку устанавливали первый раз, тогдашний главный инженер «Прогресса» возмутился монтажу непроверенного оборудования — и под давлением сверху, от учредителей, был отправлен в увольнение (что Бергхорну совершенно не понравилось, поскольку капитан разделял его возмущение). Когда арку решили установить второй раз, Бергхон восстал против этого уже сам. Тогда-то его и сместили с должности. Куда установили арку после этого, он понятия не имел.

Кроме того, арка не слишком интересовала капитана. Его интересовал контроль над дирижаблем, причем он считал, что вернуть его куда важнее, чем разбираться с каким-то там влиянием на генмодов.

— Второго пилота тоже заперли в курительной, — объяснил он. — Без него, без меня и без главного инженера… я удивлен, как Клеменсу вообще удается управлять судном! Он отличный служака, но неважный пилот. Если он врежется во что-то или потеряет высоту… — капитан покачал головой, как бы желая показать, что он боится даже представить последствия такого оборота дела.

— Неужели все так страшно? — спросила я.

Мне было понятно, что такая махина, как дирижабль, способна натворить дел, если она вдруг свалится. Тем более, в резервуарах, которые обеспечивают его плавучесть, содержится горючий газ, способный воспламениться от малейшей искры. Но ведь во время экскурсии нам столько рассказывали про то, как «Прогресс» представляет собой чудо современной техники, построенное с учетом всех требований безопасности! Да и большая часть команды на своих местах. Неужели они не удержат его в воздухе?