Облегчённо выдохнул и опустился на спину, раскинув руки. Опустевший тюбик выскользнул из пальцев и затерялся среди мусора.

В обычной ситуации костюм должен ввести в кровь обезболивающее. Но я и так напичкан боевыми стимуляторами, да и мой, похоже, сломан. Ещё раз проверил статус, отвечают только внутренние импланты. Теперь мои шансы на выживание стали равны единице к двум бесконечностям.

Всё ещё достаточно.

Дождавшись пока стимуляторы сгрызут боль, вновь сел, но с величайшей осторожностью. Под задом что-то сдвинулось, но куча осталась на месте. Осмотрел тело на предмет других ран, но ничего серьёзнее пары порезов и ушибов не нашёл. Увы, злосчастный шип пробил не только меня, но и сорвал элемент питания брони. Также повреждены синтетические мышцы экзоскелета.

Ощущение, будто я катился с вершины Эвереста, собирая на пути каждую кочку.

Симбионт, наконец, успокоился. Он это тончайшая плёнка вокруг мозга, но когда ворочается, чувство будто в черепе поселился слон.

Экзоскелет отстегнулся в несколько движений, и ставшая бесполезной груда металла соскользнула в маслянистую жидкость. Исчезла без всплеска. Я остался в тонком скафандре и разгрузочном жилете. На котором уместилась аптечка, пять сменных магазинов с боезапасом для атмосферной стрельбы и колба с шариками для стрельбы в режиме эм-ускорителя, для боя в вакууме. Правда без батареи это так, приятный бонус на пару очередей. То же самое с высокочастотным клинком, две — три активации и это будет просто нож чудной формы.

До потолка шесть метров с гаком, лампа висит в полусотне. Во всём помещении нет других звуков, кроме моего голоса и мерно плескающих капель. Непонятно, даже какая глубина. Если придётся плыть, то миссия закончится довольно быстро. Ввиду утопления. Это если жидкость не окажется ядовитой.

— Что ж, — пробормотал я, — где я оказался?

Ответа нет, эфир молчит. Скоро кончится действие стимулятора, и тогда мне уже отсюда не выбраться. Буду корчиться от боли и ослабну. В аптечке ещё три шприца, но это мало поможет.

Пора уже браться за работу. Хотя теперь я сильно сомневаюсь, что нахожусь на станции Тип-два. Скорее похоже, что они закинули меня в заброшенный комплекс на планете, и теперь делают ставки, выживу я или нет.

Я мотнул головой, прогоняя мысли. Для солдата нет ничего хуже мыслей на задании. Исполняй приказ, а голова пусть у начальства болит. В конце концов, на то оно и начальство.

Взяв винтовку в обе руки, осторожно шагнул вперёд.

Жидкость то поднимается до пояса, то едва покрывает щиколотки. Мутные потоки стекают по ткани, заливаются внутрь через разрывы. Кожу неприятно щиплет, но ничего фатального. Остаётся надеяться, что в ней нет паразитов. Хотя инопланетная нечисть всё равно не смогут прижиться в человеке, но всё же. Фиолетовый свет остался позади, и я иду вслепую, через равные промежутки останавливаясь и заглядывая в прицел винтовки. Через него мир из чёрного превращается в зеленоватый, с очерченными границами стен и потолка. По центру разместилось классическое перекрестье. Рядом подрагивает «умная» точка, отмечающая место, куда попадёт пуля, если выстрелить сейчас.

Иду медленно, предварительно прощупывая дно ногой. Вокруг нет ни намёка на предназначение комплекса. Он будто существует в отрыве от любой логики. Куча хлама, спаявшаяся в единое целое.

Новый звук, тягучий всплеск, заставил остановиться. Я вскинул винтовку и сцепил зубы: через прицел видно нечто впереди. Толстая лента, застывшая на поверхности жижи. Один конец медленно двигается из стороны в сторону, а обращённые ко мне приподнят. Что бы это ни было, оно наблюдает за мной и прикидывает напасть или нет.

Вспышка выстрела осветила стены, и верхняя часть существа разлетелась в клочья. Задняя застыла, и всё тело скрылось в жиже. Я выждал минуту и осторожно подошёл. Задумчиво пнул нечто на дне, оно мягко изогнулось под ботинком, но осталось на месте.

— Ладно, ладно. Пока что всё не так уж плохо?

Через целую вечность, когда прицел начал садиться, я наткнулся на дверь в стене. Металлическую плиту с сенсорным замком, по крайней мере, плоская панель с трёхпалым отпечатком похожа. Коснулся левой рукой, правой держа винтовку наготове. Створка без затей сдвинулась в сторону и по глазам резанул яркий свет. Я торопливо прыгнул туда, плевать, если враги, сил нет бродить в темноте и по пояс в неведомо чём. Под подошвами скрипнул песок, а в лицо дохнуло сухим воздухом с ароматами металла и гнили.

Передо мной вздымается бархан красного песка, у вершины торчит нос звездолёта. В стороне ещё один и ещё. За спиной из песка вздымается исполинский корпус, а сам корабль возлегает на дюнах, как дохлый кит. Вдали угадывается причудливый «лес», сверкающий, как кристалл. Посмотрел вверх, ища ориентиры и…

— Твою мать!

Надо мной потолок. Невероятно высоко, прикрытый плоскими облаками, но потолок. В некоторых местах пробитый причудливой конструкцией, похожей на кость. Рёбра исполинского существа, быть может.